— О-ей! — удивился потенциальный покупатель. — Недёшево. А может быть, вы сможете обменять его на изделие 5… дробь 84Н598 м. Модернизированное? Посоветуйтесь с начальством.
— Минуточку, я не запомнила, может, вы по буквам продиктуете, чтобы я записала? — пропела телефонная барышня. — Куда вам можно перезвонить?
— Я сам перезвоню.
Родион Михайлович нажал отбой, вытащил из телефона симку, сломал ее и втоптал в грязь. Телефон бросил в какой-то случайный ручей. Перезвонил он через полчаса, потому что должен был перезвонить через полчаса.
— Извините, я забыл спросить: ваше изделие поставляется в какой комплектации?
— Ой, как хорошо, что вы позвонили! — обрадовалась телефонная девушка. — Я связалась с начальством, и они согласились! Они готовы поменять наше изделие на ваше. И просили связаться с ними по мейлу…
Родион Михайлович запомнил адрес.
— Извините… — сказал он. — А у этого вашего изделия какой гарантийный срок?
— Два года.
— Два-а, — разочарованно вздохнул покупатель. — Я думал, три. Тогда, боюсь, оно нам не подойдет. Извините… — Он снова вытащил и сломал симку. И снова выбросил телефон.
Вечером в случайном кафе совсем другого городка он вошел в Интернет. Набрал адрес в планшете, написал сообщение: «Две грудастые блондинки скрасят вашу одинокую ночь. Пишите нам…» Отправил сообщение. Практически сразу же получил ответ: «Двое приятных во всех отношениях юношей готовы познакомиться с юными девами. Спросить Аликбека». И номер телефона.
Родион Михайлович разбил и выбросил планшет. И с новой симки в новом мобильном набрал искомый номер.
— Да? — грубо ответил мужской голос.
— Можно услышать Аликбека?
— Вы ошиблись номером. Не звоните больше сюда.
Аликбек перезвонил через тридцать секунд. И назвал адрес. И время…
Обмен изделия здмпА421–124-УСД… дробь 34 на изделие 5… дробь 84Н598 м должен был состояться на следующий день в совсем другом городе, совсем другого региона.
Домой Родион Михайлович не вернулся, потому что у Родиона Михайловича дома не было. Согласно паспорту он был холост и бездетен.
Родион Михайлович отправился в аэропорт, где купил билет по паспорту Грибанова Ильи Степановича. И вылетел в тот самый, у черта на куличках, регион. Что будет там, он не загадывал. Но знал, что иначе поступить не мог. Потому что отвечал за ослушание головой. И не только своей. Его голове теперь была грош цена. Он рисковал еще тремя оставленными у себя на даче головами.
Если ему повезет, если ему позволят жить по придуманной им легенде, он вернется, наплетя про хулиганское нападение и счастливое из лап злодеев спасение. И будет жить дальше, как все. И будет ездить на дачу, собачиться с Зинкой и играть с детьми. Со своими, не по легенде, а родными детьми. Но что-то ему подсказывало, что возврата не будет, что он ушел навсегда. Что для семьи он умер — там, в брошенных в лесу «жигулях». Там, на поляне, его прошлая жизнь кончилась. Нет у него прошлого!
Нет у Родиона Михайловича. Нет у Грибанова Ильи Степановича. И нет у Сан Саныча.
Есть только будущее. Туманное и страшное, потому что другого в организации, которой он служит, не бывает. Потому что это Контора…
Огромный ангар на пустыре. Наверное, раньше в нем стояли самолеты дальней бомбардировочной авиации. А пустырь был аэродромом. Когда-то мы отсюда грозили шведу и прочим разным скандинавам. Теперь — никому.
Ворота ангара закрыты, петли проржавели, бетонные выезды заросли мелкими деревцами. Но замок на маленькой дверце был сброшен. Посреди ангара стоял стол. За ним сидел человек. С виду никакой. И тот, который пришел к нему на встречу — тоже никакой. Они были как близнецы, хотя не похожи друг на друга.
— Ну, здравствуй, Резидент. Садись.
Резидент сел на стул. Он впервые видел этого человека. И был удивлен, что видит, потому что лишние знакомства в Конторе были не в чести.
— Ты мой новый Куратор? — спросил он.
— Пусть будет так, — согласился незнакомец.
Где прежний Куратор, Резидент не спрашивал, потому что бесполезно было спрашивать. Был, а теперь нет. Теперь вместо него сидит вот этот.
— В связи с чем был объявлен экстренный сбор?
— Ты про изделие? Кстати, вот оно, в комплекте, — кивнул Куратор на деревянный ящик под столом. — Можешь потом забрать. И выкинуть.
— Почему была объявлена тревога? Что случилось? — еще раз спросил Резидент.
— Ничего особенного, — пожал плечами Куратор. — Отработка аварийного канала связи. Учения. Когда то нужно его проверить.
Ну да, учения… Просто учения.
