Впереди у народа орков великие свершения и великие беды. Но куда лихой ветер перемен занесёт молодого ученика шамана? И какое влияние на судьбу своего нового народа окажет тот, кто помнит о своей жизни в странном месте под названием "Земля"? Попадание в орка, ученика главного шамана маленького племени, незадолго до формирования Орды. Лор вселенной Warcraft используется выборочно и подвергается проверке на логику.
1
Полусон-полубред в очередной раз прерывает волна тепла, исходящая от коричневых когтистых рук, которая смывает жар и уменьшает судороги. Под мерное бормотание какого-то существа со знакомо-незнакомым лицом выпиваю поднесённую чашу с каким-то резко пахнущим горьким отваром, закрываю глаза, вновь погружаясь в сумбурные воспоминания...
***
Тело нещадно кололо, как будто отлежал его всё, мышцы непроизвольно сокращались, вызывая порой довольно болезненные судороги, а в голове, помимо моих, были воспоминания кого-то другого.
Первую панику и ненужные рефлексии перекрыла телесная боль, заставив цепляться за существование вместо накручивания себя и поисков ответов на то, кто виноват и где я. Сознание, привыкшее к обработке больших потоков информации, столкнулось с необременённым высокими технологиями разумом и почти проиграло. Несмотря на простоту их быта, жизнь орков (а чужие воспоминания принадлежали именно представителю этой расы) была не менее насыщенной, чем у представителей высокоразвитой цивилизации. То, что для нас являлось мелочью, отфильтровываясь как ненужный шум, - направление и сила ветра, облака и прочие сигналы погоды, крики птиц и даже стрекот насекомых - помогало им сохранить жизнь, определить, где лучше охотиться или как глубоко копать, чтобы добраться до воды.
Редко кто из нас знает своих соседей, а Аргнак так или иначе знал всех из ста двадцати семи взрослых своего племени, и это не считая подростков от шести лет. Имя реципиента болью отдалось в моём сознании - я не помнил, как зовут меня. Новые и новые подробности жизни грозили растворить моё "я". Это не было похоже на борьбу, скорее, на столкновение двух встречных потоков. Осознавать себя одновременно взрослым человеком и молодым орком, когда сбор ягод с куста наслаивается на поездку в автобусе, было слишком шокирующе. Многие события бытия орком были ярче и сильнее моих серых будней, обесцвечивая те ещё больше, но память постепенно стабилизировалась, раскладывая и разделяя поступившую информацию.
Отвар с резким вкусом и запахом начал своё действие, затуманив разум, позволяя вновь провалиться в спасительное для меня забытьё.
***
Хатгаут осмотрел затихшего ученика. Жар почти спал, а корчи унялись, дело явно пошло на поправку. Душа наконец пришла в гармонию с телом и перестала заполошно трепетать, как затухающий огонь на ветру. Молодого ученика шамана, едва живого, соплеменники нашли два дня назад недалеко от стойбища и принесли к его учителю. В своём шатре старый шаман возжёг травы в горшках, окуривая Аргнака дымом, чтобы больной не распространял заразы, но кашля не было. Скорей всего, он чем-то отравился, на что указывала рвота в начале болезни. Посидев ещё возле больного, он воздал хвалу духам и отправился полежать - старость начинала брать своё, как и две бессонных ночи.
***
Пробуждение не было внезапным и, в отличие от предыдущих, на этот раз боли не было. Наконец-то внутренности не пылали огнём, а перенапряжённые мышцы не стремились порвать связки и сломать кости. Вставать я не спешил, лёжа с закрытыми глазами и разбираясь в произошедших со мной изменениях. Момента попадания я не помнил, как и своей предполагаемой смерти. Был ли это сбой реинкарнации или других вселенских законов? Ведь никакие высшие сущности не предлагали мне миссий по спасению мира и не одаривали великими дарами и плюшками, способствующими выполнению этой миссии... А ведь проблемы у мира, в котором я оказался, обещали вскоре начаться. Мир этот (как, к счастью, знал мой реципиент) носил название Дренор и был знаком мне ещё по прошлой жизни. С одной стороны, это позволило узнать, куда я попал, ведь миров с орками было описано много, с другой - жизнь обещала быть трудной и опасной. Особым фанатом Варкрафта я не был, а потому моё вселение в одного из обитателей данной вселенной вызывало много вопросов, на которые не было ответов.
Ладно, раз уж я здесь, надо попробовать определить, в каком временном промежутке я оказался. Память услужливо подсказала значимые имена. Как выяснилось, Нер'зул по-прежнему верховный шаман, и с дренеями мы пока не воюем.
Уличить его в обмане?
Во-первых, кто мне поверит? Я - малолетний ученик захолустного шамана из далеко не самого многочисленного племени, а Нер'зул - великий мудрец, почитаемый всеми орками Дренора. А во-вторых, если не сработает план Кил'Джедена расправиться с дренеями руками орков, он призовёт Пылающий Легион, и я вряд ли выживу, как и всё население этого мира. Конечно, можно помереть и сражаясь с дренеями или людьми в Азероте, но там у меня, по крайней мере, появляется шанс, хоть и небольшой, на дальнейшую жизнь.
