Этот заговорщицкий шепот несколько смутил Глеба, и он, чтобы разрядить обстановку и успокоить женщину, пообещал:
— Если только в этом дело, я поговорю сейчас с врачом, чтобы он тебя завтра выписал.
— Ты совсем не понял меня, Глеб! — как спичка, вспыхнула она, возмущенная его непониманием. — Разве мне важна эта выписка? Я могла бы и без выписки уйти отсюда! Но куда я пойду? Домой? Меня там сразу найдет убийца! — Она не отпускала из своих пальцев его руку.
Обстоятельства, в которых она находилась, представились Глебу непростыми. В принципе, она права. Дома она совсем будет незащищенной, да и не только дома, но и везде, так же, как в этой больнице. И он дал совет:
— Найми охрану. В городе есть охранные фирмы. В конце концов, можно переговорить с полицией. Они могут что-нибудь порекомендовать.
С сожалением вздохнув, Дригорович отошла к белой стене. Прижалась к ней спиной и затылком, грудь еще больше открылась. Глеб на секунду замешкался, не зная, что еще ей предложить. Неожиданно для него Римма произнесла то, чего он никак не ожидал от нее услышать:
— Защити меня, Глеб! Возьми под защиту твоей охраны. Ну хотя бы на первое время, пока я не окрепну окончательно.
Эта просьба показалась ему крайней нелепостью, ведь они не были настолько знакомы, чтобы он проявлял о ней подобную заботу. В конце концов, с такой просьбой она имела возможность обратиться к кому угодно из бывшего окружения ее мужа. Наверное, знала многих, и, несомненно, ее многие знали. Совершенно непонятно, почему решила обратиться именно к нему. Но по всему видно: это обдуманное решение. Не зря же позвонила. Впрочем, вдруг рассудил он, перед ним обыкновенная женщина, со всеми ее слабостями и страхами, недостатками и достоинствами. Видимо, страх загонял ее в тупик. Вероятно, просто не могла отыскать выход из создавшегося положения, не находила среди своих знакомых никого, кому бы могла довериться, и боялась неизвестных охранных фирм. Потому блуждала мыслями и хваталась за первую попавшуюся соломинку, вдруг всплывшую перед нею. Этой соломинкой нежданно-негаданно оказался он. Скорее, вот так сделала выбор. Отказать женщине в помощи было бы непорядочно. Однако над ним, как дамоклов меч, висело недоверие Римме после ее отказа описать внешность парня в зеленой рубахе. В этом вопросе Глеб не мог поверить в ее искренность. К тому же ему пришло в голову, что ей было бы логичнее обратиться к Млещенко. С ним у нее явно налажен неплохой контакт при продаже дома. Он пригласил ее на торжество и посещал в больнице. У него, правда, не было своей охраны, но были неплохие связи, и он, определенно, мог бы постараться для нее. Впрочем, черт их разберет. Все покрыто мраком, и этот мрак настораживал Корозова. Однако как-то надо было смягчить свой ответ и он, улыбнувшись, приглушил голос, сказал:
— Я не готов принять решение сразу. Подумаю над твоей просьбой до завтра.
— Так ведь завтра уже почти наступило. Осталось чуть-чуть, — подталкивала она.
— Так ведь еще не наступило. Иди ложись спать и ничего не бойся.
Вздохом Римма высоко подняла грудь, опустила глаза, запахнула полы халата и оторвала спину от стены. По ее лицу он заметил, что она не хотела ждать, но смирилась с предложением, при этом заметив как бы между прочим:
— Увы, Глеб, когда не из чего выбирать, приходится выбирать то, что есть.
Ее замечание удивило его, показалось странным. Подумалось, что она имела в виду не его ответ на ее просьбу о помощи, а свой выбор в его пользу. Между тем ему все-таки не очень верилось, что у нее не осталось выбора. У такой женщины всегда предложения выстраиваются в очередь. Наверно, многие бы захотели оказаться покровителями или взять под свое крыло такую красавицу. Но не он. Нет, не он. А она, как ни странно, не захотела выбрать из тех многих никого. Проводив ее до палаты, он подождал, когда она скроется за дверью. Врач и медсестра в это время безучастно стояли в конце коридора, беседуя между собой в ожидании окончания разговора Глеба с Риммой. От двери палаты Корозов, стараясь тише ступать по плитке пола, чтобы не создавать шум, направился к ним. Подойдя, обратился к врачу:
— Дригорович просила меня забрать ее из больницы. Она опасается нового покушения и не хочет больше здесь находиться. Но она говорит, что вы не отпускаете ее.
Врач посмотрел на медсестру — та понимающе отвернулась и медленно отправилась к своему столу. Глеб и Валентин посмотрели ей в спину, провожая взглядами. Когда она отошла на расстояние, Корозов негромко вымолвил:
— Что вы скажете?
