Тень полония полностью

Относительно демократии как способа управления государством Олигарх давно уже не испытывал никаких иллюзий. Он прекрасно представлял себе, где витрина, предназначенная для избирателей, а где истинный интерес людей, которые заняты большим бизнесом. И очевидно, как раз поэтому здесь, в Лондоне, – прекрасно понимая, насколько рациональны соображения Запада в отношениях с Россией, – Олигарх конечно же чувствовал себя в большей безопасности, чем на родине… но и по поводу собственной недосягаемости не заблуждался ни на минуту.

– Ну, что там с Литовченко?

– Мы с ним связались, и он уже едет.

– Хорошо. – Олигарх отпустил клавишу интеркома.

Литовченко… Алексей Литовченко… Литовченко Алексей Николаевич.

Звание на момент увольнения из органов – подполковник. Общая выслуга, с учетом льготных коэффициентов и так называемых боевых – девятнадцать лет, четыре месяца, восемь дней. Из наград: орден Мужества, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» второй степени, еще несколько ведомственных и юбилейных медалей, почетные знаки…

Достойная судьба. Достойная карьера…

После окончания училища внутренних войск молодой лейтенант Алексей Литовченко получил взвод в полку, дислоцированном на тогда еще административной границе двух северокавказских республик. Участвовал в нескольких шумных «мероприятиях по охране общественного порядка» – так в конце восьмидесятых годов стыдливо именовала советская пресса первые межнациональные конфликты на имперских окраинах, сопровождавшиеся, как правило, массовыми погромами, грабежами, взаимной резней и нескончаемыми потоками беженцев, покидавших насиженные, обжитые места.

После карикатурного путча девяносто первого новой, демократической России, наряду с другими атрибутами государственности, понадобились органы безопасности. Старые, как оказалось, не подходили ей ни по форме, ни по содержанию.

Процесс обновления несколько затянулся.

Для начала всемогущий и грозный КГБ СССР, помнится, преобразовали в некое Агентство федеральной безопасности. Потом АФБ реорганизовали в Министерство безопасности и внутренних дел Российской Федерации. Из МБВД вскоре обратно выделили Министерство безопасности, опущенное буквально через несколько месяцев еще ниже – до уровня Федеральной службы контрразведки. Однако – спустя всего пару лет – обескровленную и почти беспомощную ФСК восстановили все же до нынешней ФСБ.

Кадровый голод из-за многочисленных чисток в шпионском ведомстве был таков, что на профессиональные и личностные качества новых сотрудников обращали куда меньше внимания, чем на их преданность новым демократическим идеалам. И неудивительно, что дотоле закрытая наглухо каста наследников товарища Дзержинского оказалась непоправимо разбавлена пополнением со стороны, из других силовых ведомств, или даже совсем штатскими господами, приглашенными, как раньше говорили, из народного хозяйства.

Волею судьбы в число чекистов новой формации попал и капитан внутренней службы Литовченко, получивший, после перевода в Москву, на Лубянку, должность оперуполномоченного в подразделении, занимавшемся борьбой с организованными преступными сообществами терроризмом.

В кабинете он сидел далеко не всегда.

Чаще ездил в командировки и к началу первой чеченской кампании уже кое-что числил в своем активе. Например, ликвидацию банды боевиков-исламистов, пытавшихся вывезти на территорию сопредельного государства похищенный с российского армейского склада ядерный заряд для гаубицы. Или участие в спецоперации по перехвату очередной партии «тяжелой воды», следовавшей контрабандой в Европу на злополучном пароме «Эстония». Или, к примеру, обнаружение целого склада никем не учтенного взрывчатого вещества – гексогена – в самом центре столицы, в подвале, прямо под помещением штаб-квартиры крохотной, но слишком уж перспективной политической партии

С Олигархом майор ФСБ Алексей Николаевич Литовченко познакомился, когда начальство отослало его, как знатока обычаев и нравов Северного Кавказа, на усиление – охранять особо важную персону. Олигарх затевал тогда очередные тайные переговоры с чеченцами, очень много летал, пересаживался с бронированных джипов на вертолеты, потом вдруг неожиданно и ненадолго возвращался в Москву, после чего опять заказывал персональный борт, чтобы спустя несколько часов совершить рискованную посадку на каком-нибудь грунтовом высокогорном аэродроме.

В качестве охраняемого лица Олигарх был весьма неудобным объектом – впрочем, это в значительной степени компенсировалось теми премиями и доплатами, которые он выплачивал сопровождающим из своего кармана.

Впервые вскрыв такой конверт, Литовченко с приятным удивлением убедился, что сумма, полученная от Олигарха после командировки, в несколько десятков раз превышает те крохи, которые готово было заплатить за верную службу своим офицерам российское государство.

Во всяком случае, ни один из товарищей и сослуживцев Алексея от этих денег не отказался…