Да и ребята, которые среди бела дня выкрали Луиджи Лукарелли, совсем не походили на уличных хулиганов. Такие, как они, скорее нападают на инкассаторские машины, а не на одиноких и небогато одетых путников. С другой стороны, даже бесцеремонные парни из Лэнгли и лихие оперативники израильского МОССАДа обычно стараются сначала купить то, что им нужно, и лишь потом принимаются отнимать силой.
– Давай ты больше не будешь задавать вопросы? – Человек за спиной, очевидно, сделал какой-то жест, и по телу итальянца ударила короткая, но злая волна такой боли, что профессор Лукарелли едва не захлебнулся собственным криком.
– Договорились?
– Договорились… – Спорить в подобной ситуации не имело смысла. – Но вы уверены, что вам нужен именно я?
– Это опять был вопрос, – вздохнул невидимый мучитель. – Повторить?
– Не надо! – непроизвольно выгнулся профессор. – Пожалуйста, я больше не буду…
– Хорошо. Тогда отвечай, только очень быстро и внятно. Где ты был двадцать шестого октября?
Лукарелли задумался ровно настолько, сколько потребовалось, чтобы вспомнить:
– Кажется, я летал в Лондон. Да, точно!
– Зачем?
– На деловую встречу.
– С кем у тебя там была деловая встреча? Отвечай, быстро!
– С русскими партнерами по бизнесу…
– Я спрашиваю: с кем именно?
Лукарелли, старательно выговаривая не слишком привычное как для итальянского, так и для английского слуха сочетание звуков, произнес фамилию Олигарха.
Судя по всему, эта фамилия была неплохо знакома человеку, стоящему за спиной, – и непродолжительная пауза, последовавшая за ответом, объяснялась тем, что он просто не сразу решил, как следует отреагировать на услышанное.
– И о чем же вы разговаривали?
– К сожалению, наша личная встреча не состоялась.
– Почему?
– Не знаю. Он прислал вместо себя представителя.
– Представителя? – Очевидно, и это не удивило того, кто задавал вопросы.
– Да, тоже русского. Он назвал себя Алекс, но это не полное имя…
Откуда-то из-за плеча появилась мужская рука – и первым делом Лукарелли обратил внимание на грязноватый манжет светло-серой рубашки.
– Кого-нибудь узнаешь?
На фотографии, сделанной с небольшим интервалом при помощи специального телескопического объектива, два человека разговаривали о чем-то на фоне стеклянной витрины торгового центра.
– Ну, что? Не слышу?
Не разумом и логикой, а звериным чутьем профессионального авантюриста Лукарелли понял, что именно этот момент в разговоре является ключевым.
– Что мне будет за правильный ответ?
– А чего ты хочешь? – удивился голос за спиной.
Догадаться было несложно:
– Я не хочу умирать.
– Ну, кто же хочет! – Судя по голосу, человек за спиной снисходительно улыбнулся. – Хотя, в принципе, и умереть можно очень по-разному… понимаешь?
– Понимаю, – кивнул итальянец.
– Тогда не надо торговаться. Итак?
Лукарелли провел языком по разбитой губе.
– Тот, который справа. Со светлыми волосами… это и есть Алекс – Алексей Литовченко, бывший сотрудник русской разведки. Он сейчас получил статус беженца в Великобритании.
– Откуда тебе все это известно?
– В газетах печатались его фотографии…
– Ну? Можешь ведь, когда захочешь! А что по поводу второго?
– Нет. Его я, по-моему, раньше не видел.
Кажется, ответы вполне удовлетворили человека, стоящего за спиной Лукарелли, и он убрал руку с фотографиями:
– Кто тебя послал в Лондон?
– Никто не посылал. Видите ли…
Некоторое время господин Лукарелли потратил на очень подробный и довольно убедительный рассказ о том, какое значительное положение он занимает в итальянской политической элите и каким международным авторитетом пользуется среди экспертов по ядерным вооружениям. Разумеется, вопрос о своем собственном многолетнем негласном сотрудничестве со спецслужбами некоторых государств он при этом деликатно обошел стороной…
Для пущей убедительности ему пришлось то и дело путать итальянские слова с английскими и даже несколько раз запинаться, чтобы сломать безупречную стройность повествования, – тогда невидимый собеседник немедленно и охотно подавал своему подручному команду: применить физическое воздействие…
После чего допрос опять возвращался в деловое русло.
Наконец человеку за спиной это все, видимо, надоело:
– Хорошо. А теперь расскажи, что тебе известно про полоний…
– Про что?
Огромная ладонь вооруженного громилы перекрыла господину Лукарелли воздух – и очередной болевой удар, казалось, вывернул наизнанку каждую клеточку его организма. В этот раз профессору удалось на несколько спасительных секунд потерять ощущение реальности – и первое, что он увидел, придя в себя, был обыкновенный пластиковый шприц, наполненный прозрачной жидкостью.
– Не хотелось, конечно. Но ты сам виноват!
– Что это?
Итальянца даже не стали наказывать за вопрос.
– Это специальное лекарство – от вранья, оно развязывает языки даже самым упрямым.
– Не надо!
– Нет-нет, ничего страшного! Даже больно не будет… Ты просто начнешь смеяться, радоваться, пускать слюни – и, скорее всего, до конца жизни так и останешься счастливым дурачком, если я немного ошибусь с дозировкой.
– Не делайте этого, прошу вас!
– Почему? – удивился человек со шприцем. – Назови хоть одну причину.
