Тофуи, незаметно подошедший к столику и слушавший спор молча, вдруг захохотал. Он хохотал безудержно, будто сейчас лопнет от смеха. Все в изумлении смотрели на него.
– А п-п-п-почему? – Он заходился в конвульсиях хохота. – А п-п-п-почему этот молодой человек так уверен, что нас кто-то ждет?..
______/////_______/////______
Крах наступил ровно через месяц после кодировки. Как будто в небесной канцелярии тщательно протирали склянки, прежде чем ударить в гонг: сердце в порядке, сон не нервный, отсутствие алкоголя в крови на психике не сказывается.
Акционеры пригласили на обед. Их было, как всегда, трое: двое мужчин и женщина, «ногогрудь», как окрестил её один шутник в офисе. «Интересно, они с ней по очереди спят или вместе?» – вяло подумал Павел. Зябкое ощущение тошноты подкатило к горлу.
Вкушали молча, иногда обмениваясь короткими гастрономическими репликами.
– Итак, Павел Александрович, нам предстоит неприятный разговор, – главный акционер протёр салфеткой губы и отпил маленький глоточек кофе. – Да, Татьяна Петровна, настоящий «Lavazzo» готовят только в Милане.
«Ногогрудь» туманно улыбнулась.
– К нам едет ревизор? – С наигранным простодушием Павел закурил. – Вы не против, Татьяна Петровна?
Та вновь улыбнулась.
– Ревизор уже побывал. По нашей просьбе деятельность коммерческого департамента, который вы возглавляете, была подробно изучена. И микроскоп выявил некоторую разницу между вашей отчётностью и реальными доходами. Проще говоря, вы украли примерно полтора миллиона долларов. Безусловно, впечатляет.
– Это бездоказательные обвинения. И я не намерен дальше продолжать разговор в таком тоне. Я немедленно подаю в отставку, – Павел привстал с места.
– Вы будете разговаривать! – Татьяна Петровна нарушила молчание и достала из сумочки флешку.
«Коза вонючая! И флешку красного цвета подобрала!» – подумал Павел.
– На этом электронном носителе подробно изложены ваши мошеннические схемы, скан подписи на поддельных документах, стенограммы телефонных разговоров. Статья 159, часть 4. До десяти лет строгого режима. Здесь же проект заявления акционеров в МВД.
Татьяна Петровна нежно положила флешку на стол.
– Хотите войны – будет война! – Павел сел на место. – Я не виноват, что ваша компания катится к банкротству.
– Войны не будет, Паша! – сказал второй акционер. – Тебя тупо запрут в обезьяннике и ты скоро сознаешься, что хотел убить Папу римского. С нашими связями, сам понимаешь…
Он закрылся в доме. Позвонил жене и сказал, что срочное дело в Калининграде.
– Серьёзные проблемы с портовым терминалом. Сколько там пробуду, точно не знаю…
– Хорошо, – ответила жена. – Отправь мне деньги на карточку.
– У вас достаточно имущества, большой дом, квартира в центре Москвы, – подвели итог акционеры. – Продайте, верните присвоенное и живите себе с богом. Мы не бандиты, нам лишнего не надо.
Тогда он сразу поехал к Левону.
– Хреновая ситуация, – констатировал адвокат. – Суд в лёгкую выдаст постановление на арест. А в предвариловке можно годами сидеть. У тебя как с деньгами?
– Не очень, тысяч десять баксов наскребу. Сам знаешь, затраты в последние годы большие были.
– Плохо. На залог не хватит, даже если я добавлю. Так что не тяни резину.
– Что делать?
– Да что делать?! Продавать всё как можно скорее. Квартира на Ольгу оформлена до брака? Тогда забудь, насколько я твою жену знаю. Продавай дом и беги. Эти друзья от тебя не отстанут, чтобы они там не пели.
– И так всю жизнь бегать?
– Всю не всю, но какое-то время придётся.
– Ладно, я понял. Поеду в Калининград, у меня там один богатый Буратино живет. Может, действительно дом купит, – сказал Павел. – Я тебе сам позвоню.
– Ты, давай, держи хвост пистолетом! – Левон проводил его до машины. – Всё образуется. Руки, ноги целы, не ослеп – это главное.
– Лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным! – привычно ответил Павел.
Консервированной еды в доме оказалась прорва. Покупая продукты, он всегда брал баночку-другую какой-нибудь каши или фасоли в соусе. «Студенческая молодость в заднице играет! – посмеивалась при этом жена в редких случаях совместных поездок. – Ты ещё кильку в томате забыл».
«В хозяйстве всё сгодится!» – с уверенностью британского сквайра он забрасывал в корзину макароны, блоки сигарет, бульонные кубики, соль, сахар и кофе.
Из дома он почти не выходил. Подолгу лежал в ванне, подливая горячую воду скорей по интуиции, потому что холода совсем не чувствовал. Выпить, как ни странно, не хотелось. Дров и сигарет было достаточно, кортик, когда-то подаренный шебутным капитаном сухогруза после сумасшедшей пьянки в Гаване, он держал под подушкой. В один из дней нашёл в кладовке топор, приноровил рукоятку к ладони и больше не расставался с ним.
