Главная героиня романа. Нора, девушка, умеющая постоять за себя, оказавшись в Австралии, знакомится с незаурядным человеком, которого все называют Линксом — Рысью. В свое время Линкс был несправедливо осужден и сослан в Австралию на каторгу. Линкс обуреваем жаждой мести, ставшей главной целью его жизни.Коварство и любовь, месть и доброта переплетены в этом увлекательном романе, действие которого происходит в конце XIX века.
Уже стоя на палубе «Кэррон Стар», отчаливающего от пристани, я все еще не верила, что в самом деле покидаю Англию. Мне было семнадцать лет, и я отправлялась на край света, в неизвестность с человеком, о существовании которого месяц назад даже не подозревала.
Провожающие махали платками, кое-кто, улыбаясь, тайком утирал слезу. Меня же в этот день не провожал никто.
Мне был всего год, когда ушла моя мать. Что за беда? Жизнь с таким отцом, как Томас Тамасин, была сплошным праздником. Нам было так хорошо вдвоем, зачем еще кто-то третий!
За мной приглядывали сменявшие друг друга домоправительницы, от одной из которых я и услышала впервые слово «брошенная». Как-то, когда мне было лет шесть, я сидела на кухне нашего дома в Лондоне и, высунувшись из окна, разглядывала муравьев, деловито сновавших по дорожке.
— Бедная крошка, — сказала домоправительница. — Чего ей не хватает, так это матери.
— А ему? — спросила пришедшая навестить ее приятельница.
— О… ему… — послышался смешок.
— Она оставила его, правда?
— Так говорят. Вертихвостка. Кажется, она актриса или что-то в этом роде.
— О!.. Актриса?
— В любом случае, дрянь. Сбежала, когда малютке Hope было не больше года. У женщины, способной бросить ребенка в таком возрасте, по-моему, не все в порядке. А ему следовало бы жениться снова.
— Ты ему так и сказала?
— Не болтай глупостей!
— Что такое «брошенная»? — спросила я отца, когда он вечером возвратился домой.
— Оставленная. Та, от которой ушли.
— Это ведь плохо, быть брошенной? Он согласился, что плохо.
— Люди могут бросить только то, что не любят, — решила я, но не сказала, что знаю, о ком речь: это его, конечно бы, расстроило. Я всегда старалась не огорчать отца, впрочем, как и он меня.
Мы никогда не говорили о моей матери. У нас хватало других тем. Прежде всего — о нашем богатстве. Неважно, как мы его добудем, главное — как потратим. Чего только не делал отец, чтоб осчастливить человечество, а вместе с ним и нас, — мастерил пружинный замок… который не запирал; механические игрушки… которыми невозможно было играть. Он даже пробовал выращивать на продажу овощи и фрукты. Но и это не принесло ожидаемого богатства. Зато отец все время что-то изобретал, выдумывал — обычная серая жизнь его совершенно не устраивала.
«Когда мой корабль вернется домой…»— заводил он, и это было началом нашей любимой игры. Отыскав какое-нибудь затерянное место на карте, мы говорили: «Отправляемся туда». В какие только приключения мы не попадали, каких морских чудовищ не встречали — пострашнее, чем те, каких видал Синдбад. Иногда отец записывал эти выдуманные истории и даже продал одну или две в журнал. «Теперь мы разбогатеем», — заявил он. Но на это нужно было время, а он собирался разбогатеть быстро…
Отцу достались по наследству небольшие деньги, и он отложил их на мое образование. Ему хотелось, чтобы я училась в лучших школах, а мне только одного: быть рядом с ним.
Вскоре после того, как мне исполнилось пятнадцать лет, отец решил отправиться на поиски золота. Уж оно-то точно сделает нас богатыми.
— Золото! — произносил он мечтательно. — Мы станем миллионерами. Нора! Тебе хотелось бы быть миллионершей?
— Очень, но где мы найдем столько золота?
— Не беспокойся, оно так и ждет, когда кто-то придет и подберет его.
— Но почему тогда не каждый становится миллионером?
— Хороший вопрос, и на него есть простой ответ. Потому что не у всех такой размах, как у нас. Решено. Мы отправляемся, чтобы завладеть им.
— Но куда?
— В Австралию. Его там повсюду находят.
— А когда? Скоро?
— Погоди, Нора, сначала я поеду туда один. Это не место для девушки, которой еще надо завершить свое образование.
Его, наверное, напугало выражение страха и отчаяния на моем лице.
— Ты должна научиться разговаривать и вести себя, как леди, если собираешься стать миллионершей.
— Я так и делаю, если не вывести меня из терпения.
— Хорошо, но, понимаешь, Нора, ты еще слишком молода. Останься здесь ненадолго. Я подыскал хорошую школу, они приглядят за тобой, пока я не вернусь. Мы станем миллионерами и начнем интересную жизнь. Чем бы тебе хотелось заниматься? Куда бы ты хотела поехать? Мы вполне можем строить планы. Считай, что богатство уже у нас в кармане.
Он убедил меня, как убеждал всегда.
— Это только на несколько месяцев, Нора. Потом для тебя — все золото мира.
— Множество людей ищут это золото, — сказала я, — а что если уйдут годы, прежде чем ты найдешь что-нибудь?
— Говорю тебе, Нора, я обладаю даром Мидаса превращать все, к чему ни прикоснусь, в золото.
— Я могу быть твоей домохозяйкой. Я буду готовить для тебя, убирать за тебя.
— Что! И это моя дочь-миллионерша! Нет. Мы найдем, кто будет прислуживать нам… И больше никаких разлук. Такой день придет. И все, что ты должна сделать, это пожить пока в Дейнсуорт Хауз.
