- Спасибо. - Высокий светловолосый рембрандтец пожал протянутую руку капитана. В отличие от капитана Гроэнхуена он не выказал никакого желания раздавить ему пальцы своим рукопожатием.
- Баронесса Медуза попросила лично поблагодарить вас за готовность вернуться на Шпиндель с нами, - продолжил Терехов.
- Очень любезно с её стороны, но в этом нет необходимости. Я не уверен, что смогу обеспечить нужную ей помощь, но все, что в моих силах, я, разумеется, сделаю.
- Никто и не может требовать от вас большего. Позвольте представить вам коммандера Фитцджеральда, моего старпома.
- Коммандер, - поприветствовал того Ван Дорт, пожимая ему руку
- А это коммандер Льюис, наш механик.
- Коммандер Льюис, - Ван Дорт улыбнулся, когда механик шагнула вперёд. - Я хорошо помню былые времена, когда сам был космическим торговцем. И знаю, кто на самом деле поддерживает корабль на ходу.
- Вижу, вы действительно настолько же проницательны, как о вас говорили, - ответила с улыбкой Джинджер Льюис, и тот усмехнулся.
- А это, - продолжил капитан, - гардемарин Зилвицкая.
Ван Дорт повернулся с улыбкой к Хелен, и замер. Совсем не надолго, это было не более чем мимолётной заминкой, но ей показалось, что в его глазах промелькнуло странное выражение.
- Гардемарин, - вполголоса приветствовал он её, и обменялся с ней рукопожатием.
- Мистер Ван Дорт. Это честь для меня, сэр.
Рембрандтец сделал легкое, элегантное отмахивающееся движение свободной рукой, всё ещё изучая её лицо, и Терехов улыбнулся.
- С вашего позволения, сэр, я позволил себе поставить миз Зилвицкой задачу разместить вас на борту Гексапумы, и впоследствии служить у вас в роли моего личного посредника. Полагаю, вы обнаружите, что она обладает значительно большим опытом в ожидающих вас делах, чем вы могли ожидать от кого-либо её возраста и низкого ранга.
Ван Дорт уже открыл было рот, словно хотел вежливо отказаться, но при последних словах Терехова закрыл его. Вместо ответа он несколько секунд просто смотрел на Хелен, и она почувствовала себя неловко, словно он только что поставил её на какие-то невидимые весы, на которых оценивал её возможности с дотошной чёткостью. Или словно он знал о ней что-то, неизвестное ей самой. Что было нелепо.
- Это очень любезно с вашей стороны, капитан, - ответил он наконец. - Надеюсь, что миз Зилвицкая не найдёт мои требования слишком обременительными.
- Ну, я бы не слишком беспокоился об этом, сэр, -с озорной улыбкой вполголоса заметил Терехов. - Ведь миз Зилицкая находится в своём салажьем рейсе. Её обязанностям следует быть обременительными.
- Так что он собой представляет? - поинтересовался Лео Штоттмейстер.
- Ван Дорт? - уточнила Хелен, оторвавшись от выведенного на её экран руководства по эксплуатации. У неё, Лео, Аикавы и Пауло д'Ареццо было свободное время. Хелен зубрила процедуры обслуживания бортовых гразерных установок. Абигайль Хернс собиралась провести устный экзамен по ним на следующий день, и Хелен считала, что лучше быть подготовленной.
- Нет, Андерманский император, - съязвил Лео, недовольно закатывая глаза. - Конечно же Ван Дорт!
- Он достаточно приятный мужчина. Для старого чудака, - пожала плечами Хелен.
- Ходят слухи, что он настоящий прожженный политик. Что-то вроде наёмника, которого временный губернатор пригласила для решения проблем.
- Значит, слухи эти высосаны из пальца, - едко огрызнулась Хелен.
- Эй! Я просто говорю, что слышал, - сказал Лео, оправдываясь. - Если я ошибаюсь, поправь меня, незачем на меня так набрасываться!
Хелен недовольно встрепала волосы.
- Мне действительно нужно прочитать это техническое руководство.
- Чушь! - припечатал её Лео. - Ты знаешь его вдоль и поперек - ты же получила максимальные оценки в каждом экзамене, который у нас был!
- А он прав, Хелен, - с ухмылкой добавил Айкава. - Если не хочешь говорить об этом - это одно. Но тогда тебе стоит придумать отговорку получше.
- Ну, хорошо, хорошо! - усмехнулась она, признавая поражение. - Но вы ребята должны понять: пока что, я провела с ним меньше двух часов. Не то, чтобы я могла сказать, что творится у него в голове, и всё такое. И, коли на то пошло, не сказала бы, даже если бы знала.
Она сопроводила последнее предложение строгим взглядом, и публика согласно кивнула.
