— Лори, я все понимаю. И стараюсь встать сейчас на твое место. Но ведь ты сама обещала постепенно избавляться от этой своей львиной половины и начать превращаться в нормальную женщину… с человеческими идеалами. А этот… повелитель джунглей… ну, может быть, он, конечно, самый обалденный из всех львов, уж не знаю… Но только не надо отбивать ему поклоны! Хоть это тебе понятно? Он — животное, а мы — люди. На эволюционной лестнице мы стоим над ними ступенью выше. И никакого родства тут быть не может. Это азбучные истины естествознания.
Лори отвернулась от мужа и снова поглядела на льва. А тот встряхнул гривой и, глухо рыкнув, улегся на настил.
— Ты слышишь меня Или нет? — вскипел Джини.
— Да, — покорно отозвалась Лори. — Я тебя слышу.
— И ты со мной не согласна?
— А ты этого хочешь?
— Я не вправе заставлять тебя, но, конечно, мне бы хотелось, чтобы ты разделяла мое мнение.
Лори взяла его под руку, и они зашагали к автостоянке по хрустящей от мороза траве. Машины уже начали разъезжаться, и повсюду вспыхивали то белые, то красные огоньки фар и габариток.
— Джини, — вдруг посерьезнев, торопливо заговорила Лори, — ты ведь никогда не перестанешь сомневаться в моей любви, правда?
— А почему я должен сомневаться?
Девушка остановилась и внезапно прижала его к себе.
— Ты никогда не должен думать, что мои чувства фальшивые или неискренние, потому что это было бы неверно. Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить.
Кейлер поцеловал жену в щеку и уткнулся лицом в ее пушистые волосы. Если бы только он сейчас не валился с ног от усталости!
— Лишь бы ты любила меня больше, чем львов, — прошептал Джини.
Лори вскинула голову и в упор посмотрела на него
— На древнем языке убасти есть одно выражение. Звучит оно так «хакхим-аль фарикка» и означает «две страсти, сливающиеся в одну любовь». Однажды ты поймешь, что все это означает и какой силы может быть такая любовь.
Кейлер еще раз поцеловал жену.
— Каждый божий день узнаю что-нибудь новенькое, — нежно произнес он. — Что ж, поехали домой.
В час ночи, когда Джини собрался было погасить ночник и лечь в кровать, он вдруг вспомнил про Мэгги. Подняв телефонную трубку, Кейлер набрал знакомый номер. После пятнадцатого гудка раздался, наконец, сонный голос Мэгги.
— Алло, — пробормотала она.
— Прости, я опять тебя разбудил.
— Джини, это ты? — встревожилась девушка.
— Да. Но я могу перезвонить тебе утром.
— Нет-нет, — торопливо возразила она. — Ни в коем случае. Подожди секундочку, сейчас я проснусь окончательно.
Джини начал ковырять спичкой в зубах. Вернувшись из цирка, он наспех слепил себе здоровенный сэндвич с холодной телятиной и маринованными огурчиками. Застрявшие между зубов мясные волокна досаждали, и теперь Джини с наслаждением избавлялся от них.
— Мэгги, с тобой все в порядке? — поинтересовался он — Что-то голос у тебя странный.
— Со мной-то все нормально, — оживилась девушка. — Но я сегодня черт знает сколько проторчала в библиотеке и узнала уйму чудовищных вещей.
— Слушай, а до утра твои сенсационные невости не подождут?
— Конечно, подождут. Но кое-что я должна сообщить тебе прямо сейчас. Секундочку… Вот. Это я вычитала в очень редкой старинной книге. Называется она «Запрещенные религии Нила». Там целая глава отведена твоим убасти. Правда, кто-то успел уже вырвать иллюстрации. Библиотекарь припомнил, что картинки эти были уж слишком устрашающи. Короче, не для слабонервных.
Джини кашлянул.
— Ну, и чего там новенького? О чем я еще не слыхал?
— Новенького там навалом. Кстати, кое-что меня не на шутку встревожило, — посерьезнела Мэгги. — Там говорится и про город Тель-Беста, и про поклонение богу- льву Баету. Описаны ритуалы, некоторые из них настолько омерзительны, что и читать тошно. Однако мое внимание привлекли свадебные обряды.
— Ты мне можешь зачитать?
— Ну, конечно. Слушай внимательно. «Повинуясь воле богольва Баста, женщины убасти должны продолжать род. Для этого они через поколение обязаны совокупляться то с мужчинами, то с самцами львов. Другими словами, если женщина убасти совокупилась со львом, ее дочери надлежит взять в мужья человека, и так далее. Таким образом, эта необычная помесь льва и человека сохраняет свою силу».
— Ничего не понимаю, — признался Джини.
— Чего тебе непонятно?
— Ну то, что мать Лори вышла замуж за Жана Сэмпла… он ведь человек… а ее дочь Лори стала моей женой. Но я ведь тоже человек.
— Да, но не забывай, что ты с ней ни разу не переспал. Поэтому называть тебя ее мужем я бы пока не спешила.
— Ну, пока, конечно, нет, но как только будет сделана пластическая операция…
