Мишель Хенке, двоюродная сестра Королевы Мантикоры Элизабет, лучшая подруга Хонор Харрингтон и командующая Десятым Флотом Мантикоры была несколько удивлена, когда прибывший из Системы Мёбиус посыльный сообщил ей, что Фронт Освобождения Мёбиуса готов поднять восстание против ненавистного режима президента Свейна Ломброзо. Она может понять, почему кто-то испытывает желание избавиться от кого-то вроде Ломброзо, но почему её ставят в известность об этом? В конце концов, у неё есть собственные проблемы в виде маленького такого вопроса назревающей войны насмерть против Солнечной Лиги. Мишель только что, защищая новых граждан Звездной Империи из Сектора Талботт, нанесла «неукротимому» флоту Солнечной Лиги самое оскорбительное, одностороннее поражение в его всей почти тысячелетней истории. Но Лига – самая сильная звёздная нация в истории человечества. Её флот собирается вернуться – и на сей раз с тысячами супердредноутов. А перед Хенке расстилается пространство с множеством обитаемых звёздных систем – некоторые – независимые, другие – управляемые марионеточными режимами, а третьи – просто напрямую захваченные Солларианским Управлением Пограничной Безопасности – лежащих вдоль границы Лиги с Сектором Талботт. Как только весть о поражении Лиги распространилась по окрестностям, вся граница вскипела волнениями, и Мишель сочувствует угнетаемому населению, чьё единственное желание – освободиться от своих ненавистных хозяев. И это ставит её в несколько затруднительное положение, когда прибывает посыльный с Мёбиуса, потому что кто-то очевидно ввёл его в заблуждение. По его словам, восстание на Мёбиусе было тщательно спланированно и подразумевало тесную координацию с влиятельным внешним союзником: Звёздной Империей Мантикоры. Вот только Мантикора – и Мишель Хенке – даже не слышали о Фронте Освобождения Мёбиуса. Это – подстава... и Мишель знает, кто стоит за ней. Тайная организация «Указание Мезы» организовала смелую операцию по дискредитации Мантикоры, как защитницы свободы. И когда КФМ не придёт на помощь, когда ФОМ будет жестоко и безжалостно раздавлен, ни одна независимая звёздная система никогда больше не станет доверять Мантикоре. Мишель Хенке понимает, что у неё нет санкции её правительства на помощь каким-либо восстаниям или освободительным движениям, что у неё не так много кораблей, что они не могут быть во множестве разных мест одновременно и… что это не может служить оправданием отказа выделить из её ограниченных сил корабли для поддержки освободительных движений, к которым Звёздная Империя никогда не имела отношения. Она понимает это... но ей нет дела до этого. Она не может позволить, чтобы тысячи патриотов, веря, что Мантикора придёт им на помощь, отправились на смерть, потому что помощь Мантикоры им обещали её враги. Мишель Хенке не будет спокойно наблюдать за этим.
«Mesan Alignment»… В предыдущих переводах зачастую это название оставалось не переведённым или – как я перевёл его в «Грядущей буре» – переделывалось в «Мезанских Уравнителей». Но мне напомнили, что «Уравнители» уже были и действовали они на Хевене… Так что в этом переводе представлен новый вариант названия этой тайной организации.
Потом я вспомнил, что «выстраивание» как процесс означает расположение предметов не просто в линию, а в определённом порядке и в русском языке существует выражение «построить всех», означающее «указать присутствующим на их место». Как правило, гораздо ниже по иерархии, чем у того, кто их «строит».
Поэтому «Mesan Alignment» стал «Указанием Мезы» или «Мезанскими Указующими»…
Спасибо автору за прекрасную серию.
Особая благодарность
Приятного чтения.
Бескрылый, похожий на блюдце беспилотник бесшумно парил на антигравитационной тяге во влажной, туманной ночи. Мелкая изморось, мутной пеленой застилающая видимость, отчётливо пахла сгоревшим деревом и углеводородами, капельки воды, попадая на поверхность, растекались маслянистой плёнкой. Но не взирая на дождь, тут и там шумно потрескивали пожары, пожиравшие кучи обломков совсем недавно бывшие домами, извергая в атмосферу очередные порции дыма и копоти. В затянутом облаками ночном небе слышались слабые, отдалённые раскаты грома, и трудно было сказать – эхо это далёкой грозы или новых взрывов.
Дрон застыл чёрной кляксой в ночной тьме, его водоотталкивающая светопоглощающая обшивка поглощала фотоны, не позволяя образоваться даже крохотному отблеску от пылающих рядом костров. Турель в нижней части устройства плавно вращалась, наводя линзы и датчики на всё, что привлекало внимание машины. Ветер устало вздохнул, шелестя ветвями сахарных сосен, крабовых тополей и завезённых со Старой Земли белых сосен и орешников, когда что-то, расшвыривая искры и пепел, сдвинулось в одной из куч мусора. Пылающие половинки перегоревшей балки рухнули на землю, и вновь лишь вода с тупым равнодушием продолжала капать с набухших от дождя обломков в недвижной тишине.
Дрон проанализировал поступившие данные и, сочтя их достойными дальнейшего изучения на вышестоящем уровне, передал их на спутник связи, а оттуда – оператору в далёкий город Эльгин. И застыл в ожидании.
Остались лишь тишина, дождь и ветер. Шипело пламя, когда капли потяжелее попадали в горячие объятия его красно-белых языков. А затем...
Подобно гневу Зевса, молния обрушилась с небес. Рождённая в двухстах шестидесяти пяти километрах от поверхности планеты, она, окутанная облаком вспененный плазмы, прочертила белую линию от самой кромки атмосферы. Двухсоткилограммовый снаряд примчался без предупреждения, оставив грохот собственного падения далеко позади, и поразил цель со скоростью превышающей скорость звука в тридцать раз.
Тихую дождливую ночь порвало на кусочки эквивалентом примерно двух с половиной тонн старого доброго тринитротолуола. Ослепительно сияющая вспышка обратила в пар дождевые капли. Ударная волна и сотрясение почвы снесли последние уцелевшие стены разрушенного посёлка. Ярость взрыва, подсветив нависающие тучи, на миг превратила капельки дождя в россыпь сверкающих бриллиантов и рубинов, что казалось на доли секунды неподвижно зависли в воздухе, а рвущиеся к небесам метеоры горящих обломков чьих-то родных домом разлетелись по живописным параболам.
***
