Аннотация:
Пролог
Где лежит граница света и тьмы? Каков миг, отделяющий жизнь от смерти? Что есть рождение Вселенной? Один звук, один импульс - и вот уже нечто ДО становится чем-то ПОСЛЕ. А что было ДО? Трудно сказать. Найдется ли разум, может ли существовать полет, что заглянет туда, где берет отсчет время? Может быть. Но откроется ли сакральная тайна? Вряд ли. Потому, может, и не важно, что было ДО. Наверняка было что-то, ибо так не бывает, чтобы совсем ничего не было. А потом миг, мгновение вечности - и вот он, первый Звук, дающий начало своему Отражению. Две стороны, две противоположности, такие разные и такие невообразимо сходные. Может быть, это и есть закон, может в этом и есть мера вещей. Противоположности, но неделимое целое. Так оно все и устроено. Тьма и свет. Жизнь и смерть. Начало и конец. Бесконечный цикл в одно мгновение, растянутый в вечности. От Звука зародился Мотив. Он дробился и разлетался тысячами осколков, отражаясь в сырой еще глине мироздания, заполняя, одушевляя материю, начиная Цикл. Первый ли? Множество Мотивов соединялись в ткань реальности, образуя Мелодию. Они вливались в нее, уплотняли вечный поток - и вот тот миг, когда она обретает собственную неугасимую инерцию, власть и способность творения. Постепенно все затихает, но тишина относительна, ибо Звук вечен, с той самой минуты, когда он зародился и до того часа, когда он угаснет, а с ним распадется и Мелодия.
Теперь процесс идет сам по себе, нужен был лишь толчок, тот начальный Тон, который стал первым камнем мироздания. Мелодия уже потеряла свою первоначальную сущность, теперь она и есть материя, теперь она - основа бытия, Первый Закон. Вот он, последний отзвук. Тишина - лишь видимость, обратная сторона неделимого. Но в этой тишине уже есть порядок, есть сила и направление, есть нечто, придающее форму всему сущему, то, что довершает работу изнутри. Стадия творения еще не завершена, но приходит время для нового витка. Гармония нарушается, иной, чуждый Мотив зарождается в ткани, непоправимо меняет узор. Первый Диссонанс, неизбежный и необходимый. Он олицетворяет с собой противоположность, вечную борьбу и вечный поиск. Только теперь первая часть Цикла подходит к концу, и вместе с ней формируется новый аспект бытия - разум. Так возникают они, Старшие Дети, Хранители и Наставники, Жизнь и Смерть. А вместе с ними начинается Первая Эпоха...
Глава первая
Еще немного, самая малость, почти у цели. Он подтянулся на руках, забрасывая тело на каменный карниз, и остановился перевести дух. Местность была поистине живописная. Выступ, на котором он стоял, находился уже достаточно высоко, чтобы земля далеко внизу казалась ненастоящей. Горный массив опоясывал густой хвойный лес, на вечнозеленых плечах которого лежал свежий снег. У линии горизонта виднелся бледный отблеск холодного моря, небо было кристально чистое, и тусклое северное солнце бросало вниз желтоватые блики.
Все это северное великолепие мало его заботило и, лишь мельком отпечатавшись в памяти, сразу же было смыто лавиной мыслей, совершенно отдаленных от созерцания красоты природы. Это был высокий мужчина, возраст которого определить было достаточно сложно, потому что его еще не старое, но уже далеко не юношеское лицо говорило об одном, а тугая грива седых волос - совершенно о другом. Он был крепко сложен и мускулист, его кожа была грубой и обветренной, а на плече белым червем выделялся старый шрам. Мужчина был одет в меховой жилет без рукавов, потрепанные кожаные штаны и тяжелые сапоги, ноги в которых он с облегчением вытянул, усевшись передохнуть на каменном карнизе и положив рядом свою полупустую дорожную сумку.
Мало кто знал его настоящее имя. Те немногие, с кем он вступал в общение, окрестили его Белым Вороном. Потому ли, что седые волосы были удивительны для мужчины в расцвете сил, а может потому, что белой вороной издревле величают людей не похожих на остальных. Как бы то ни было, кличка села прочно, став даже в его собственных глазах почти родной. А впрочем, знал ли он сам свое имя?
