- Где сейчас? - равнодушно переспросила она. - Да ведь вы знаете не хуже меня. Некоторые из них служат при королевском дворе, некоторые у других вельмож. А некоторые погибли при тех самых непонятных обстоятельствах, про которые вы мне твердите.
- До того, как вернулись в ваш замок?
- Конечно до. После завершения учебы я предоставляю девушкам отпуск. Как правило, проводить его они предпочитают дома. По окончании отпуска я снова собираю их в замке, чтобы вручить рекомендации и направить на службу. К сожалению, в прошлом году к тому моменту некоторых из них уже не было в живых...
- Понятно. А что сейчас поделывают выпускницы этого года?
- Их я как раз собираю в замке. Часть уже приехала, часть находится в дороге. Но почему вы спрашиваете? На них тоже готовится покушение?
- Возможно, - с досадой ответил Петр. - Ваше высочество, а почему же вы, забирая девушек из отпуска, не сообщили об этом их родственникам? Они ведь думают, что их близкие пропали!
- Вот как? - удивилась графиня. - Впрочем, их можно понять. Проблема в моем управляющем. Он болен, и сейчас находится на лечении, поэтому все его функции пришлось возложить на воеводу. А воевода просто не справляется с ними. Или же недостаточно скрупулезно их выполняет. Скорее всего, он просто не знает, что надо еще что-то сообщать родственникам моих воспитанниц. Впрочем, вы можете спросить его об этом сами...
Графиня позвонила в колокольчик.
Появился слуга.
- Позовите ко мне воеводу.
- Слушаюсь, ваше высочество.
Слуга ушел. Вскоре он вернулся с воеводой.
- Вы звали меня, ваше высочество?
- Да. Я узнала, что вы довольно небрежно относитесь к возложенным на вас обязанностям. Почему вы не сообщили ничего родственникам привезенных в замок девушек?
Воевода довольно нахально усмехнулся.
- А разве надо было что-то сообщать?
- Конечно.
- В таком случае прошу прощения. Не знал. Впредь не повторится.
- Хорошо, на первый раз прощаю. Но чтобы более такого не было. Все, можете идти.
Воевода отвесил графине почтительный поклон, с подозрением посмотрел на клериков и ушел.
Иоанн закусил губу, (что было у него признаком раздражения) но ничего не сказал.
- Отец Петр, вы, кажется, говорили еще об одной странности? - спросила графиня.
- Да, остался последний вопрос. Вторая странность заключается в способе, которым были убиты жертвы. У нас составилось впечатление, что они подверглись нападению вампиров...
- Вампиров?
Графиня расхохоталась.
- Отец Петр, неужели же вы, служители церкви, верите в подобную ерунду? В каких-то там вампиров!
- Это вовсе не ерунда! - не выдержал Иоанн. - Вампиры существуют, и нам уже приходилось встречаться с ними. И приходилось их казнить.
- Я бы дорого дала, чтоб хотя бы увидеть какого-никакого завалящего вампиришку... - насмешливо сказала графиня.
- А я бы не пожелал этого никому, - серьезно сказал Петр. - И тем более вам. Вы, ваше высочество, как я вижу, ни во что не верите. Напрасно. Потому что когда ваше неверие пошатнется, (а такой случай неизбежно настанет, рано или поздно) вся жизнь, все убеждения ваши будут не просто задеты, они будут сломлены. - Спасибо за совет, - ответила графиня без смеха, - я подумаю над ним. Ну а теперь... У вас есть ко мне еще вопросы?
Петр поднялся.
- Нет, ваше высочество, наши вопросы исчерпаны. Мне осталось только поблагодарить вас за уделенное нам время, за оказанное нам доверие и оставить вам свое благословение.
Петр снял с шеи освященное распятие, которое ему дал Охотник. Протянул его графине для поцелуя.
- Это священная реликвия. Распятие принадлежало когда-то святому Аврелию и благословенен тот, кто может хотя бы прикоснуться к нему...
Графиня, однако, не торопилась дотронуться до святыни. Она смотрела на Петра проницательным взглядом, как будто пытаясь прочесть его мысли.
Иоанн и Лука переглянулись и побледнели. Одно и то же слово вертелось у них на языке, но они не смели его произнести. И только когда даже Петр, несмотря на все свое самообладание, изменился в лице и распятие задрожало в его руке, графиня, наконец, поняла.
- Во-о-от оно что, святые отцы! - делая шаг назад и склонив голову набок, протяжно сказала она. - Да вы, никак, меня в вампиры записали? Похищаю я, значит, бедненьких девиц и кровь из них пью, да? Надо было мне сразу догадаться.
Ни один из клериков не проронил ни слова.
- Давайте сюда свое распятие! - графиня подошла к Петру и забрала у него из рук серебряный крест. - Что с ним делать надо, чтобы вас разубедить? На шею надеть, или, быть может, проглотить?
- Ничего не надо делать, - хрипло сказал Петр, принимая реликвию. Извините нас, ваше высочество, за дерзкие подозрения, мы лишь старались выполнить свою работу до конца.
- Да ладно уж... Но не желаете ли вы для полной очистки совести пройти в Северное крыло замка и убедиться, что все девушки живы и здоровы?
- Нет, не надо, - отказался смущенный Петр. - Я вам верю. Еще раз прошу прощения. Мы не смеем больше вас беспокоить.
- В таком случае, всего вам хорошего.
- До свидания, ваше высочество.
- Прощайте.
Клерики покидали замок, храня гробовое молчание.
- Мария!
