— Смерть орудует мертвой материей, а жизнь — огнем, — изрекла Валери и снова была права.
Защитники замка и города метали множество камней и болтов. Атакующие полки на всех трех направлениях работали Перстами Вильгельма. Воины Рихарда обстреливали северный вал. Шаваны лупили через озеро по стенам замка, но не могли их пробить. А закатники весьма успешно давили оборону города. Городская стена, в отличие от замковой, имела дощатую галерею и дубовые ворота. Галерея уже пылала, ворота пали, Персты Вильгельма били в проем, расчищая дорогу для штурмовой пехоты.
Менсон погрыз кончик бороды:
— За два года падает третья столица. Посыпались, как яблоки…
Юхан Рейс подвел Птаху ближе к городу, чтобы лучше разглядеть штурм. Всех поглотила грозная и величественная картина.
Пылала стена, надвратная башня превратилась в факел. Камнеметы и смоляные котлы стали топливом для пожара. Защитники разбегались, спасаясь от огня. Многие прыгали со стены прямо на мостовую. А сквозь выбитые ворота стремительным потоком вбегали штурмовые отряды. Синхронно развертывались, растекались в переулки — точно кровь по сосудам. Деловито вырезали защитников, но бегущих не преследовали — имелась иная задача. Пехота Хориса заняла Привратную площадь и два квартала вокруг нее, тем самым расчистив плацдарм. Четырьмя отрядами туда въехала конница. Каждый отряд напоминал стальную коробку с драгоценным грузом внутри. Тяжелые всадники двинулись по улицам не рысью, но шагом. Твердо, неспешно, методично они давили сопротивление. Конники топтали и рубили тех, кто попадался на пути. А если кто-нибудь выглядывал из окон, открывали огонь Персты Вильгельма. Стрелки били мгновенно, реагируя на любое движение. Кто бы ни показался в окне — мужчина, ребенок, кошка — в ту же секунду вспыхивал огонь. Малейший шорох, скрип ставня, дрожь занавески — и сразу удар Перстом.
— Эффективная тактика, — отметил Адриан. — Генералы, примите на вооружение: если нам доведется штурмовать город с применением Перстов…
— Ваше величество, вряд ли будет нужда! Бунтари так успешно убивают друг друга, что к Новому Году совсем переведутся.
Владыка ответил улыбкой. Он был расстроен нарушением планов, но взбодрился, наблюдая любимую картину большинства янмэйских императоров: резню между Великими Домами.
Битва за город близилась к концу, и Птаха без Плоти порхнула на северный фланг. На радость зрителям, тут бушевало сражение. Под командованием самого Рихарда Ориджина альмерцы и шейландцы подошли к валу, за которым засел агатовский батальон. Кайры Первой Зимы стреляли всем, что имели. Арбалетчики по команде поднимались над валом, давали залп — и сразу ложились, прячась от Перстов. Длинные луки со стен замка пускали сотни стрел. Требушеты обрушивали на врага тяжелые глыбы. Под градом железа и камней корпус Рихарда отважно вышел на позицию атаки и начал штурм предполья.
Перстоносцы окатили вал дождем огня, а затем тяжелая пехота пошла на прорыв. Прикрывшись щитами, выдерживая строй, латники подбежали к валу и полезли наверх. Конечно, вал был облит водой и заледенел, как каток. Штурм не имел бы шансов, но Персты во многих местах растопили лед, и сотня воинов смогла взобраться на гребень. Им навстречу поднялись кайры, закипела свирепая схватка. Двуцветные потеряли дюжину бойцов, но отбросили врага. Тогда снова ударили Персты, принудив кайров откатиться назад с вала — и вторая волна альмерцев полезла наверх.
— Давите мерзлых задниц! — кричали Лабелины.
— Смерть волкам! Смерть! — трясли кулаками шаваны Бирая.
— Дер-ррржитесь, кайры! — болел за свою ставку шут.
Агатовские арбалетчики отошли в глубину предполья, построились и дали залп по гребню вала. Целая шеренга альмерцев скатилась вниз.
— Урр-рррааа!!!
Но шут радовался рано. В составе третьей волны на гребень поднялся перстоносец. Быстрый, как черт, он сразу же открыл огонь. Замелькали вспышки, кайры стали падать замертво. Арбалетчики взяли его на прицел и дали залп. Добрый десяток болтов вонзился в грудь перстоносца — но ни один не достиг плоти! Невидимая стена задержала их и отняла силу, болты слабо стукнули в нагрудник и попадали наземь.
— Это Рихард! Он неуязвим! — воскликнул кто-то.
— Нет, — сказал Адриан, — у него просто защитный пояс. Такой же был у Колдуна.
Кайры атаковали Рихарда, но мечи тоже утратили силу. Рихард скосил двуцветных и принялся за роту арбалетчиков. Его рука без устали метала смерть, каждый миг с ладони срывались вспышки. А кайры стреляли в ответ, метали ножи и копья, нападали с мечами — но могли разве что оцарапать доспехи.
Альмерцы развили успех своего командира. Перевалили через гребень, строем пошли вниз, отжимая кайров вглубь предполья. За спинами двуцветных маячила стена замка. Скоро их прижмут и размажут по ней!
Менсон кусал губы:
— Пррридумайте что-то, дурачье! Вы кайры или котята?!
