Низа имела серьезное личико и умные глаза, и никогда не болтала лишнего. Ее присутствие помогало сосредоточиться. Низа взялась за гребень, а Магда нырнула в свои мысли. У нас есть Перст Вильгельма и шесть искровых полков, и два рыцарских. Вроде, немало. У Ориджина — пять батальонов на Близняшке и пять в Первой Зиме, и два Перста. Наши силы собраны, его — разделены. На Близняшке у него нет ни Перстов, ни искры. В Первой Зиме есть, но замок сгорел, стена города в дырах, треть воинов — в лазарете. Звучит так, будто мы можем победить. Ударить быстро, прямо завтра. Птаха — идеальная разведка, Перст Вильгельма — убойная сила. В конце концов, мы уже били кайров при Пикси — отчего не повторить?
— Ай! Полегче, не гриву коню чешешь!
— Моя вина, ваше величество.
Это все — на первый взгляд. Но на второй выходит совсем иная картина. Нетопыри не просто победили — они выбрались из полной задницы и одержали чертов триумф! Загнали под половицу врага, который еще утром казался всемогущим. Перебили два десятка перстоносцев — целых два десятка, тьма сожри! Адриан умеет бороться за власть, очаровывать, хитрить, ублажать женщин. У него талант ко всему этому… Зато Ориджин гениально умеет побеждать. Дай ему перочинный нож, собаку и одноглазого пирата — он поведет их в бой и завоюет город!
А вот что еще плохо. Войско Ориджина достаточно избито, чтобы выглядеть слабым. Адриан может понадеяться… нет, даже поверить, что над кайрами легко одержать верх.
— Ой! Хватит драть из меня шерсть! Я тебе не овца!
— Простите, я задумалась…
— Про Хармона? Да жив он, жив, не было его в шаре! И вообще, наслаждайся Питером.
— Про теленка я думала раньше. Теперь — про Гетта.
— Что?..
— Вы помните эту легенду?
— Конечно, я помню легенду! Ты ее рассказывала всего раз пять. К чему клонишь?
— Гетт был чудовищем, но теленок долго не лишал его силы. Он дошел аж до столицы Меченосцев, и только там погиб.
— Ну и?..
— Если б Гетт остановился раньше, то был бы жив.
Потом двери распахнулись, и в будуар ворвался отец. Магда вскричала:
— Папенька, что вы творите? А если я раздета?!
— Тьфу, напасть, — ругнулся герцог и швырнул в нее халатом.
— Так я одета, зачем он мне…
— Замолчи и слушай! А ты — поди вон!
Низа исчезла. Герцог заговорил, злобно расхаживая кругами:
— Я был на военном совете. Твой муженек хочет наступать. Он построил план атаки, тьма сожри! Понимаешь, что это значит?
— Ага. Парни берут мечи и бегут на других парней.
— Заткнись уже. Это значит, Адриан рвется в драку с человеком, который только что отымел Шейланда прямо в зад! У Адриана что, жопа чешется? Он тоже хочет?!
— Я думаю… — начала Магда.
— Ты думаешь не той частью тела! Напряги мозги и пойми: у нас один перстоносец, и тот сонный, как сурок. А у Ориджина трое, да еще Минерва с Перчаткой Янмэй. Ты видела, как она швыряла скалы?! Знаешь, я немного встревожен!
— Первая Зима… — снова начала Магда, совсем забыв одну черту отца: его невозможно прервать, пока не выпустит пар.
— Сраная Зима! Да, я хотел забрать ее, но лишь на зло нетопырю. Нассать ему в кашу, как он нассал нам. Но дохода от нее — как от мертвой шлюхи! Первая Зима всегда была нищей, а теперь еще сгорела. На кой она нам сдалась? Ради этой дыры рисковать жизнью?!
— Жизнью, папенька?..
— А ты как думала?! Мы стоим в кишке, которую заткнули сзади. Если нападем на Первую Зиму и проиграем, то уже не уйдем. Всех нас тут переварят на жидкое дерьмо!
— Послушайте, — вновь попыталась Магда.
Отец злобно шикнул. Остановился напротив дочки, посмотрел, кажется, чуточку смягчился.
— Ладно, признаю: в прошлый раз ты была права. Рискнула, когда пошла за Адриана, — и он вернул нам Южный Путь. А еще я получил четверть Фаунтерры и Майн в придачу. Тогда нам стоило рисковать. Но теперь-то на кой хрен?! На кону все наше добро, включая шкуры, а приз — один нищий городок!
Магда взяла отца за руку:
— Папенька, позвольте сказать. Всего два слова…
— Ну, если два.
— Я согласна.
Он не понял:
— На что, тьма сожри?!
— С вами согласна. Вы правы, отец.
У герцога Мориса Лабелина отвалилась челюсть.
— Вот так просто?
— Вы б не кричали, а сразу послушали. Да, я тоже не хочу рисковать ради Первой Зимы. На сей раз я за осторожность.
— Неужели? Ты ж у нас отважная и дерзкая…
— Но не тупая. Зачем воевать с человеком, который никогда не проигрывает битвы? Я хотела вернуть наши земли — вернула. Уиндли остался у кайров, зато Майн у нас. Мы не в убытке, можно и помириться.
В порыве чувства герцог обнял дочь:
— Моя ж ты девочка!
Поцеловал ее в пухлую щеку и тут же посуровел:
— Но теперь задача посложнее. Сможешь ли ты убедить муженька?
— Я постараюсь, — Магда расплылась в улыбке, вообразив самый приятный способ убеждения.
— Не так! — оборвал отец. — Адриан, в отличие от тебя, думает головой. Сумеешь достучаться до его мозгов?
— Надеюсь, что да. Но вы, папенька, должны предоставить мне пару аргументов.
