Хавьер старался как можно меньше времени проводить дома и был рад любой работе, которую заставлял его выполнять отец, сколь бы трудной она ни была. Он использовал любой предлог, чтобы побыть одному, в своем тайном мирке, вырезая фигурки из дерева. Когда другие ученики встречали Хавьера в саду, они обычно смеялись над ним или бросали в него камни. Однажды Хулиан, увидев, как камень попал в лицо Хавьеру, в кровь разбив ему лоб, испытал острую жалость к несчастному забитому мальчику и решил встать на его защиту и предложить тому свою дружбу. Вначале Хавьеру показалось, что Хулиан подошел к нему, чтобы еще раз его ударить, пока остальные ученики надрывали животы от хохота,
— Меня зовут Хулиан, — спокойно сказал тот, протягивая руку. — Мы с моими друзьями собираемся сыграть несколько партий в шахматы в сосновой роще. Не хочешь к нам присоединиться?
— Я не умею играть в шахматы.
— Я две недели назад тоже неумел, но Микель — отличный учитель…
Хавьер смотрел на него с недоверием, ожидая очередной шутки или издевки.
— Не знаю, захотят ли твои друзья, чтобы я пошел с вами…
— Да они сами же это и предложили. Ну, что скажешь?
С того дня Хавьер часто встречался с друзьями, выполнив очередное назначенное отцом задание. Он обычно все время молчал, слушая остальных и наблюдая за ними. Хорхе Алдайя его побаивался. Фернандо, на собственной шкуре испытавший презрение других из-за своего слишком скромного происхождения, старался быть любезнее с этим странным мальчиком. Микель Молинер, обучавший Хавьера шахматным премудростям и наблюдавший за ним с позиций обожаемого им Фрейда, доверял ему гораздо меньше, чем все остальные.
— Этот парень — сумасшедший. Он охотится на кошек и голубей, потом часами медленно убивает их перочинным ножом и хоронит в сосновой роще. Кто бы мог подумать!
— Кто тебе об этом сказал?
— Да сам Хавьер, пока я объяснял ему, как нужно ходить конем. А еще он мне поведал, что иногда по ночам мать укладывает его к себе в постель и тискает.
— Наверняка хотел тебя разыграть.
— Сомневаюсь. У этого парнишки не все в порядке с головой, Хулиан, и, вероятнее всего, не он в этом виноват.
