Что общего между бессмертными полотнами основателя братства прерафаэлитов, таинственными стихами Уолта Уитмена и обычной художницей из Принстонского университета? Почему за девушкой по пятам следует Смерть? И какие тайны она откроет, погрузившись в свое прошлое? Нита толком не помнила, что же с ней случилось на той злополучной дороге ведущей в никуда. Холодные воды Карнеги напрочь смыли детали самого знаменательного события в ее жизни, оставив лишь ощущения. Бездну чёртовых ощущений на гениальных полотнах. Но лучше бы ей разучиться чувствовать вообще и сжечь свое творение до тла. А, впрочем, лучше начать историю с самого начала.
Вердикт судьи оглушительным визгом молотка подвел черту практически пятилетней супружеской жизни. Бог его знает, каким чудом Джек выдержал свою благоверную так долго или она его? Нита ностальгично улыбнулась этой мысли и нервно поправила дурацкий пышный бант на блузе, в которой со слов ее лучшей подруги, она выглядела хотя бы прилично и могла рассчитывать на дополнительные очки в свою пользу при бракоразводном процессе. Отличный вариант наряда для нудных судебных заседаний.
Практически у всех творческих сумасшедших нелады с личной жизнью, да и не только с ней – это давно общеизвестный факт. Полный крах последней сейчас можно было созерцать воочию и во всей красе. Нита словно смотрела кинофильм о собственных неудачах. И, скорее всего, ей была уготована такая незавидная участь гораздо раньше, если бы не дело случая. Его величество Случай в жизни посредственной художницы, как в шутку говорила о себе сама Нита, всегда играл не последнюю роль, если не самую главную.
Девушка сосредоточено всматривалась в беспристрастное лицо судьи и пыталась вникнуть в суть вылетающих из его тонких сморщенных губ заумных слов вперемешку со слюной. Какая гадость. И этот заунывный, скрипучий голос… Сколько еще можно выслушивать монотонный, отборный бред? Одна единственная мысль останавливала ее от того, чтобы не сорваться с места и не побежать прямиком в объятия прохладного холла: теперь она окончательно свободна и получила именно то, чего так давно хотела. А хотела ли? Боже, сейчас Нита сама себе напоминала «зависимую параноидную шизофреничку». Или как там высказался доктор Ваймаер на последнем сеансе психотерапии? Наверное, больше он ее не примет после недавнего инцидента. Больно надо. Хотя по условиям примирительного договора сторон, ей предстояло еще полгода раз в неделю навещать этого чопорного психиатра. Ните показалось, что в зале заседания суда стало нестерпимо жарко и холодно одновременно. Она еще раз машинально поправила совершенно растерзанный бант и вытерла его концами стекающие со лба капли пота. Взгляд сам собою устремился на изможденное, совершенно отстраненное лицо, теперь уже официально бывшего мужа.
Джек. Ее первая любовь. Или наваждение? Сейчас Ните трудно было оценить, что она к нему чувствует на самом деле. Страх? Обиду? Благодарность? Даже, возможно, страсть. Стоит признать, между ними всегда было особое притяжение. Но от этой больной любви остался только мрачный силуэт, так похожий на холодные воды Карнеги[1], с которых и начался ее долгий путь к обретению себя в один дождливый осенний вечер ровно год назад.
– Вот же хрен собачий! Картины ему не понравились! – Нита с трудом вписалась в очередной крутой поворот, навалившись всем телом на руль, так как удержать контроль над автомобилем одной рукой было довольно сложно. Вторая, в то же самое время, крепко удерживала за горлышко распитую бутылку односолодового виски. Слезы душили взвинченную до предела девушку, затягивая тугой узел петли из разрушенной в дребезги самооценки все сильнее. Она сделала еще один внушительный глоток обжигающего внутренности напитка, дабы приглушить остатки накаленных чувств, и бурно закашлялась.
– Твою же мать! – новенький ягуар издал пронзительный звук, упираясь изо всех сих несуразному маневру потерявшей контроль девушки и стремительно вылетел на встречную полосу. А что она вообще могла контролировать в своей жалкой жизни? Скользкое от моросящего дождя дорожное покрытие бликовало словно зеркало солнечными зайчиками в летний жаркий день, раздражая своей яркостью и так воспаленные глаза. Нита инстинктивно прикрыла чувствительные веки ладонью, совершенно забыв при этом, что в руках вообще еще что-то было. Драгоценная бутылка вместе со всем содержимым громко, издав характерный булькающий финальный аккорд, рухнула куда-то под ноги.
– Да что ж за невезение сегодня такое! – девушка машинально дернулась вниз, пытаясь обшарить руками темень под водительским сиденьем в поисках остатков допинга, совершенно забыв, что автомобиль остался неуправляем. Ягуар в свободном плаванье закружило по мокрой дороге, кидая из стороны в сторону. Но, похоже, девушке было плевать на все, кроме утерянной стекляшки с именитым лейблом.
