- Ах, вот с этим проблема, - развёл руками директор. - Понимаешь, сова вряд ли сможет доставить Петру послание. Он довольно давно предпочёл отгородиться от волшебного мира.
- Почему? - искренне изумился Гарри подозрительному ответу. - И как я свяжусь с ним?
- О, у него были веские - на его взгляд - причины для подобной изоляции, - глаза Дамблдора словно говорили, что на взгляд директора причины вовсе не были вескими. - Но не думаю, что Пётр простит мне копания в былых недоразумениях... Искать же его тебе, Гарри, не придётся. Я не любитель азартных игр, но в данном случае могу многое поставить: он сам так или иначе найдёт тебя. Просто постарайся пока быть поосторожнее, и не слишком удивляйся любым, даже самым невероятным, событиям. А теперь прошу меня извинить - сэр Каненгхем хотел подискутировать о наложенных на карточки из шоколадных лягушек чарах.
Дамблдор поспешил удалиться со своего портрета. Трое друзей переглянулись... и дружно тихо засмеялись. Директор в своём репертуаре, но на этот раз оставил как-то мало зацепок и намёков для самостоятельного раскручивания этой головоломки. Похоже, правда, для него сообщение о странном сне и впрямь оказалось неожиданностью. Так хочет он, чтобы они добрались до правды сами - или действительно просит подождать загадочного волшебника?
- Сэр Блэк, - озаренная внезапной идей Гермиона подошла к портрету Финиса Ниггелуса. - Вы не могли бы нам сказать, посещал ли когда-нибудь этот кабинет некий Пётр Марков?
- Юная леди, мой портрет висит здесь не для того, чтобы я запоминал всех приходящих сюда волшебников! - ворчливо произнёс тот, но всё-таки наморщил лоб. - Марков, говорите? Да, кажется, я припоминаю... Был здесь несколько раз, точно, однажды - даже с женой Натальей. Неплохой человек - но не слизеринец, по крайней мере, такого впечатления он не производит. Вечно в Дурмстранге хороших волшебников портят! Попади он в юности сюда - наверняка бы на моём факультете оказался, и имел все шансы стать его гордостью!
- А можно поинтересоваться, почему вы так решили? - невинно спросила волшебница.
- Нельзя, - вдруг нахмурился портрет. - Ни один из здесь висящих портретов не сможет вам рассказать больше. Спросите у Дамблдора, это он запретил нам говорить о Маркове.
Действительно, расспросы остальных директоров не принёсли никаких результатов. Своими впечатлениями о Маркове с женой могли поделиться все, кто их запомнил. А вот поведать хотя бы о занятии таинственного мага никто из портретов был просто-напросто неспособен. Гермиона достаточно быстро определила, что Дамблдор наложил на эту тему нечто вроде простейшей модификации чар секрета, не дающей любой магической форме разума делиться запрещённой информацией.
- Может, пороемся в библиотеке? - нерешительно предложила она.
- Знаешь, это лишнее... - отказался Гарри. - Надоело мне ребусы разгадывать! К тому же мы с Джинни сегодня хотели в Хогсмид сходить, пока ещё длится празднование победы...
- Отлично, мы с Гермионой составим вам компанию...
- Рон!
- Нет, это хорошая идея, - поддержал друга Гарри, и все трое поспешили вниз, чтобы успеть к завтраку.
Глава 2. Пещера в лесу
Куст следует за кустом, дерево - за деревом. Под ногами шуршит редкая трава, способная жить в полумраке нижнего уровня Великого Леса. Кое-где на глаза попадаются мелкие магорианские животные, крупных, к счастью, пока не видно. Вот на пути встретилась лениво текущая речка метровой глубины. Бегущий впереди терьер остановился, втянул ноздрями воздух и бросил вопросительный взгляд на казавшееся пустым место за собой. Тихо скользящий под мантией-невидимкой Александр понял - Рон, не слишком быстро плавающий в анимагической форме, просит взять его на руки. Что ж, так он и поступит. Юноша постарался подхватить собачку через мантию так, чтобы возможному наблюдателю сверху казалось, что ничего особенного не произошло. Затем он осторожно вступил в тёплую речную воду и, держа терьера у самой поверхности, пошёл вдоль потока вслед за временно принявшей ведущую роль на себя выдрой так быстро, как только мог.
Уже почти час Александр, Рон и Гермиона кружили по лесу. Они старательно запутывали следы, пересекли несколько речек разных размеров и кое-где продрались сквозь колючие заросли. Надетый на юношу серебристый плащ поражал своей прочностью и качеством ткани - он крайне неохотно цеплялся за колючки, не намокал и не рвался. Впрочем, что ещё можно ожидать от одного из легендарных артефактов, созданных, по преданию, самой Смертью?
