Прямо сейчас вёлся прямой эфир с происходящей там разрухой. Густой столб пыли перекрывал обзор, но сосредоточившись, Мила заметила еле слышимые всплески маны.
Её рука нажала всего одну кнопку, в то время как сама она двинулась на взлётную площадку на крыше здания. Да, она могла бы прилететь туда сама, но увы, в городе это было слишком опасно, вихри от движения могут создать катастрофы или того хуже, просто разнести всё на её пути в щепки. Замедляться специально не имело никакого смысла, так она прибудет слишком поздно, учитывая допустимую скорость, которую она сама же и выставила в одном из указов.
А новейший вертолёт распределяет энергию куда лучше и имеет отличную скорость, которая доставит её к месту происшествия буквально за несколько десятков секунд. Какой толк от спасителя, если он на своём пути создаст ещё больше разрушений, чем преступники?
Вертолёт, по её приближению уже оказался заведён и Мила немедля залезла в него. Пилот не дожидаясь команды, взлетел и устремился к схватке Просветлённых.
Мила мониторила новости, даже не думая отвлекаться, и она заметила, как произошёл взрыв и один из Просветлённых улетел в сторону. Осматривая дорогу, она видела несколько машин Полиции, что уже неслись по улице к месту улетевшего преступника. На мосту были камеры, но из-за густого облака пыли улавливали слишком мало, не давая полной картины произошедшего. Был лишь один фактор — взрывов было два.
Один в самом начале, перегородивший обзор, и второй, неизвестно на что направленный.
Вертолёт приблизился к месту приземления одного из Просветлённых, фиксируя резкое повышение температуры в некотором радиусе.
В момент человек вышел из здания, буквально проплавив себе путь наружу. И Мила бы осталась спокойной и не поджала губы, если бы нынешний преступник не оказался точной копией её почившего старшего брата…
П. а — такая разгрузочная глава, которая чутка вводит нас в нынешнюю ситуацию в мире. Что будет с Бейном дальше, узнаете после рекламы или же завтра-послезавтра.
«Как всё просто, оказывается,» — звук наручников на секунды выдёргивал меня из странного полусонного состояния.
Я никогда сильно не цеплялся мораль. Считал, что цель важнее средств. Так почему сейчас в голове такой бардак? Почему грусть граничит с радостью. Ярость глушится непонятным спокойствием, почти переступившим порог нормы. Так хочется спать, но чёртовы наручники постоянно создают шум.
Не хочу их слышать. К горлу подобрался рык, но быстро остановился, когда звук наручников исчез. Да, теперь можно поспать. Наконец-то. Просто…
поспать…
Мила смотрела на вставшего на дороге парня сложным взглядом. Усиленные многократно глаза видели исходящие от преступника алые линии, переплетающиеся в причудливый бесформенный узор, чем-то напоминающий пасть зверя. Всплески энергии плавили всё, до чего могли дотянуться. Им был не важен материал, они будто создавались с единственной целью — нанести как можно больше ущерба. И тем было страннее, что площадь под человеком, от которого эти линии и исходили, оставалась невредимой. Своеобразный кокон неприкосновенности.
Его стеклянные глаза смотрели прямо на неё, но в них было пусто, лишь слабая глупая улыбка оставалась на его устах. Обычная бездушная кукла. Не было привычного блеска, не было того огня, который получали люди при рождении. Ничего. Лишь маленькая алая бусина в середине зрачка, граничащая с таким притягательным и мистическим цветом радужки. Тёмно-фиолетовая, она будто подсвечивалась даже при дневном свете, и интенсивность линий возле них становилась тем больше, чем больше она на них смотрела.
Тем временем полицейские не стали ждать приказа и приступили к делу. Заряженное обратными частицами оружие совершило череду выстрелов. Впрочем, пули растворились сразу, как только попали под действие ауры этого человека. Мила вытянула руку и сжала ладонь. Вокруг парня начал образовываться золотой барьер.
Алые росчерки впились в него зубами, словно изголодавшие псы, но не могли откусить хотя бы мельчайший кусок. Она нарочно медленно создавала барьер, наблюдая за реакцией парня, не отрывавшего от неё своего взгляда.
В миг, когда купол уже был почти полностью закончен, его глаза посмотрели вверх — туда, где барьер ещё не успел собраться. Он вытянул руку и схватил что-то незримое и, будто повторяя за ней, потянул на себя. На его тело опустилась тёмная дымка, и через секунду он оказался уже за барьером.
Человек посмотрел на свою руку и усмехнулся. Алые росчерки остановились и начали медленно собираться в тело парня, продолжавшего смотреть на украшенную трещинами руку, из которой еле виднелся тёмно-алый свет. Как только аура полностью впиталась в человека, он вновь посмотрел на Милу, не обращая внимания на десяток врезавшихся в тело дротиков с обратными частицами.
Поколыхавшаяся форма продемонстрировала почти невредимый значок.
