На его лице было написано: «Такого не может случиться. Не с моей собственной любимой идеей».
– Если бы я, черт побери, не полагалась на него, стала бы я интересоваться его долбаным мнением?
– Ну, я просто…
– Я что, выгляжу как умалишенная?
– Нет.
– Нет. Поэтому если я говорю, что мы можем на него положиться, это, по всей видимости, означает, что мы можем на него положиться.
– Разумно. – Лицо у Стива сделалось безучастным, он весь подобрался, как всегда, когда приходил в ярость. – Так и поступим.
Я предоставила ему дуться, а сама погрузилась в работу, точнее, попыталась погрузиться. Выходило так себе. Я перечитывала каждое предложение по три раза, пока до меня добиралась суть. Обычно я могу сосредоточиться в любых обстоятельствах, общая комната тебя быстро этому учит, особенно та, в которой нам приходилось работать, но слова Стива зацепили меня, мешая думать.
Для человека, не один год работающего под прикрытием, Блоха слишком много знает обо мне и моей карьере. Я находила проявлением дружбы то, что он в курсе моих дел. Может, так оно и было, а может, нет.
Внезапно я поймала себя на том, что шаг за шагом проматываю всю нашу беседу, пытаясь нащупать щель, из которой полезут скрытые намерения. Например, Блоха хотел, чтобы я не совалась к бандам, потому что могу сорвать ему операцию по наркотикам. Или не желал, чтобы я вообще путалась у него под ногами. Или же отшил меня, потому что сам продажный коп и защищает своего нового босса. Одновременно я ковырялась и в собственных намерениях. Действительно ли ради расследования я завела разговор с Блохой или просто обрадовалась возможности поболтать с тем, кто не знает, что я из касты неприкасаемых? В самоанализ я не верю, во всю эту психологическую херню, но мне совершенно не нравилось ни то, к чему я пришла, ни то, что именно самокопанием я занималась.
Слегка утешало, что Стиву я тоже хорошенько вмазала и ему сейчас не менее дерьмово, чем мне.
Я пробежалась по сообщениям – тем, что на столе, и тем, что в электронной почте. Купер переписал отчет о вскрытии; парочка наводок, на которые стоит обратить внимание: в ночном клубе видели девушку, похожую на Ашлин, – засветилась в пьяной ссоре с каким-то бугаем, а также видели подозрительных подростков, шатавшихся по Викинг-Гарденз в субботу; отчеты из экспертного отдела: пятна на матрасе Ашлин, – это не сперма, а, скорее всего, пот, эксперты проведут анализ ДНК, но ничего не обещают – в квартире Ашлин слишком жарко, матрас не стерилен, тепло и бактерии могут разложить ДНК до полной неопределимости. Кроме сообщений на столе красовалась здоровенная стопка бумаги – электронная переписка Ашлин за последний год, скачанная с сервера. Все это надо сравнить с письмами в электронной почте. От такого занятия у кого угодно мозг закипит. Для таких вещей Господь и сотворил практикантов, вот только где они. Но если в этом деле найдется хоть малюсенькая зацепочка, то содержимое компьютера и мобильного телефона Ашлин – единственное место, где она может прятаться. Я разделила стопку на две части и одну протянула Стиву.
– Спасибо, – буркнул он и отложил в сторону, даже не взглянув.
С каким наслаждением я засадила бы ему хорошего пинка под столом. Но вместо этого открыла электронную почту на экране, положила перед собой распечатку и принялась сличать, выискивая, не стерто ли какое письмо. 03:18, суббота, реклама косметики, письмо не прочитано. 03:02 – спам от наверняка фальшивой русской крошки, мечтающей провести с вами время, также не прочитано. Мне захотелось зарыться головой в листы и заснуть.
Постепенно подтягивались практиканты и, обнаружив нас со Стивом, тут же проворно стряхивали с себя утреннюю сонливость и энергично брались за полученные вчера задания.
Я протянула Гэффни отчет Купера, написанный от руки, – перепечатать. Я все еще сердилась, что он не смог толком провести идентификацию голоса в участке Стонибаттера. Мурлыча себе под нос, появился Бреслин. Бросил всем радостное «Хай дидл ди-ди!», а нам со Стивом сказал:
– Опрошены две везучие бывшие Рори. Еще две остались. Как я вам?
– Крутой как никто, – на автомате ответил Стив, переворачивая страницу.
– Разузнал что-то интересное?
– Никаких сюрпризов. Рори предсказуемый маленький сукин сын. Посмотрим, может, у двух других припасено для меня что-то аппетитное. – Бреслин наклонился над моим столом и попытался прочесть вверх ногами. – А это что такое?
– Электронная переписка Ашлин.
– М-да. И?
– Нужно платье со скидкой в семьдесят процентов? Могу подсказать, куда обратиться.
– Похоже, отрываешься по полной.
Бреслин подарил мне свою самую лучшую голливудскую улыбку, схватил пачку с исходящими письмами Ашлин и пролистал.
– Господи, этим можно до старости заниматься. Хочешь, я это прогляжу? А ты займешься бывшими?
– Нет. – Я даже не старалась выглядеть недоверчивой, больше не собираюсь играть в его игры. – Я начала. Я и закончу.
– Конвей, – улыбка Бреслина превратилась в слегка страдальческую, – это я пытаюсь показать, что понимаю, кто здесь босс. Если есть черная работа, я предлагаю ее сделать.
– Спасибо. Все отлично.
