Темнота и желтая дверь в доме через дорогу вспучились в линзе. Маленькая соседская собачонка заходилась в лае. Откуда-то издалека донесся женский взвизг. А потом раздался быстрый перестук шагов по булыжнику. Ухватившись за дверную ручку, я ждала – пока чья-то тень не оказалась в поле зрения глазка. И тогда я рывком распахнула дверь, внутрь ввалились два человека, и я быстро захлопнула дверь. Парочка запнулась о коврик, исхитрилась удержать равновесие и застыла посреди моей гостиной. Одной рукой Стив вцепился в воротник мужчины, а другой заломил ему руку за спину. Здоровый мужик, черные с проседью волосы, шляпа слетела где-то по дороге, длинное черное пальто.
– Отвали от меня.
– Я держу его, – сказала я и приставила пистолет к голове мужчины.
Стив ослабил хватку и отскочил в сторону.
– Ради бога, – сказал мужчина, потом повернулся ко мне лицом, и все замерли.
Он не ожидал увидеть оружие. Я не ожидала увидеть это. Я была готова ко всему, от серийного убийцы до одного из наших шутников, но не к этому.
Я никогда его прежде не видела, но я смотрела на него каждый день. Прямая линия носа, темные глаза с чуточку тяжелыми веками, разлет черных густых бровей, смуглая кожа. На секунду я подумала, что это какой-то дурацкий розыгрыш. Мой мозг поскользнулся, и я, чтобы зацепиться хоть за что-то, подумала, что какой-то дебил из отдела подстроил это, чтобы у меня окончательно снесло крышу. На меня смотрела моя точная копия.
Стив поочередно разглядывал нас. Он широко развел руки, будто не знал, куда их девать.
– Стив, ты иди.
Губы не слушались.
Мужчина произнес:
– Антуанетта.
– Заткнись. Или я тебя пристрелю. – Я крепче сжала пистолет.
Он заткнулся.
– Стив. Иди домой.
– А ты…
– Уходи. Немедленно.
Помешкав, он почти на цыпочках удалился, дверь за ним мягко захлопнулась.
Человек одернул пальто.
– Спасибо. Я не понял, кто это был.
– Я попросила, чтобы он притащил тебя сюда, – ответила я. – Мне надоело, что ты крутишься на моей улице.
Он не выглядел обеспокоенным.
– В таком случае вы оба сделали мне большое одолжение. Не знаю, решился бы я вообще постучаться в твою дверь.
Правильный английский с легким северным акцентом. Может быть, Белфаст. Последние три десятка лет он провел точно не в арабских дворцах и не в ночных клубах Рио, уж скорее на расстоянии нескольких трамвайных остановок отсюда.
– Да-да, оглядись здесь хорошенько. Хочешь, проведу экскурсию?
Он рассматривал меня так пристально, что я моргнула. Очень хотелось залудить ему в нос рукояткой пистолета, но я позволила ему наглядеться.
– Ты очень на меня похожа. Ты понимаешь это?
– Я не слепая. И не слабоумная.
Он чуть усмехнулся, удовлетворенно, будто в том, что я не слабоумная, была его заслуга.
– Я и не думал, что ты слабоумная.
Все мои контрольные по математике, которые я хранила, чтобы бросить к его ногам. Тишина. Он ждал, когда я скажу что-то или, может, кинусь к нему в объятия. Я не сделала ни того ни другого.
– Все так странно. Я ведь слежу за тобой уже почти год.
– Ого. Целый год!
– Я не хотел терять с тобой связь. Честное слово. Но я не знал, как тебя зовут, а твоя мать очень хорошо научилась прятаться. А со временем, учитывая всякие сложности в моей жизни, я понял, что тебе будет лучше без меня.
– А теперь что? Понадобилась почка?
Слабая улыбка.
– В позапрошлом году умерли мои родители. За пару месяцев.
Маленькая пауза, чтобы я смогла сказать, как я сожалею о его утрате, поскорбеть или хрен знает еще для чего.
– И выяснилось, что смерть родителей многое во мне изменила. Я только тогда понял, как важно было их присутствие в моей жизни. Быть частью истории более значительной и длинной, чем твоя собственная. Вот тогда-то я и понял, чего ты лишилась из-за меня. И сразу начал тебя разыскивать.
Эти темные глаза. Настойчивые, призывные, полные значительности. Неудивительно, что ма на них запала. В свои двадцать. Но мне-то побольше. Я понимаю: он испугался, внезапно почувствовал себя беззащитным, осознал, что он следующий, вот и понадобился кто-то, кто создаст иллюзию, что он не растворится в небытии.
– В какой-то момент я даже нанял частного детектива, но все, что у меня было, это имя твоей матери и…
– Теперь ты меня нашел.
– Как только я разыскал тебя, я сразу собрался. Снял комнату в Дублине и каждый день приезжал сюда.
Лицо его говорило, что я должна быть польщена.
– Жаль, что ты не нашел меня на пару недель раньше. Могли вместе отправиться за рождественскими покупками.
Он кивнул на пистолет:
– Это действительно так уж необходимо? Ты же понимаешь, что я не имею ни малейшего намерения напасть на тебя. А беседе мешает.
И улыбнулся уголком рта. Надеялся, что улыбка сработает. Да этот парень само обаяние. Жаль, что на следующем поколении природа решила отдохнуть.
– Не будет никакой беседы. – Если у Стива хватила ума сделать то, что было сказано, он уже уехал достаточно далеко, чтобы сейчас прижать этого человека и вытряхнуть из него информацию. – Ты уходишь.
Улыбка испарилась. Он сказал осторожно:
– Я понимаю. Ты сердишься на меня…
– Я не сержусь. Я просто закончила. Уходи. – И указала пистолетом на дверь.
