— Конечно, — на покрытом наростами, с инкрустированными белого цвета кольцами, лице, заиграла хищная улыбка. — Верующие в свою исключительную силу и мощь, джедаи без задней мысли высадились на спутнике и принялись расчищать поверхность. И тут они встретились с истинными хозяевами мира, куда явились без должного уважения. Падший не оценил такого подхода и в итоге мы имеем захваченного его духом магистра-джедая и армию ходячих мертвецов.
— Которая обратилась против его обидчиков, — закивал в такт своим мыслям, Ликтенис.
— Именно, — девушка шумно вздохнула. — Все идет в точности как вы предвидели, экзарх. Падший обратил свой гнев против джедаев и схлестнулся с ними в бою… Правда, он точно нам не представляет опасности? Он все же достаточно силен.
— Он силен, — нехотя кивнул Отпрыск, признавая очевидное. — Но его сила направленная в нужное русло, играет нам на руку. Он не представляет какой-либо существенной опасности для наших планов. Пока он будет отвлекать на себя внимание джедаев, и засевшего на Корусанте самозванца Сидиуса, мы сможем продвинуть в исполнении наш план.
— Верю в это.
— Верь, и твоя вера будет вознаграждена! — с чувством воскликнул новоизбранный экзарх, бросая взгляд на стоящих в тени модифицированных «Магнастражей», которые теперь уже больше напоминали Рыцарей Закуула, нежели творения сумрачного гения Холованского консорциума.
И хоть эти дроиды и без того являются очень опасными противниками, даже хорошо подготовленных джедаев. То в «закуульской» модификации они вовсе превратились в ходячие машины для убийства. Особенно, когда их электропосохи заменили на вполне себе настоящие, световые пики.
Часть стражников была традиционного, для рыцарей, желтого окраса брони. И занималась участием в боевых операциях, сопровождая рыцарей из плоти и крови. Некоторые вместо пик вооружались световыми посохами, что еще больше повышало их боевую эффективность.
Часть же получала белый окрас с ауродиевыми вставками, а также покрытые фриком, большими щитами. И предназначалась в качестве личной охраны предводителя Тени Закуула — новосозданной организации наследия древней, величайшей цивилизации в истории галактики.
Таких дроидов было немного… относительно немного. Если так можно сказать. Несмотря на свою высокую цену, современная Конфедерация производила их в разы, десятки раз больше, чем это было прежде. Ведь сейчас деньги не играют никакой роли. А множество денежных мешков, не желая делиться своими богатствами, и вовсе распрощались с бренным телом.
— Да, скоро, совсем скоро мы вернем долг этому миру. И они пожалеют о своих грехах. Но будет уже поздно, — смех, исходящий от мужчины, эхом раскатывался по залу, напоминая шелест тысяч голосов, затапливая пробирающим до мозга костей, могильным холодом.
Все плывет по течению времени, все меняется. Нерушимым остается только Корусант. Столичная планета, галактический центр, место обитания власти, денег, судьбоносных решений и самый желанный кусочек для каждого мало-мальски активного, в нужном плане, разумного. Во все времена считалось что тот, кто владеет Корусантом, тот владеет и всей галактикой. Тысячи лет колыбель цивилизации, с которой началась экспансия космического пространства, являла собой место сосредоточения власти, квинтэссенцией всех лучших и худших качеств населяющих галактику существ.
И вечный город, возвышающийся на сотни километров над поверхностью планеты служил именно тем домом, в котором нашли свое пристанище все разумные, которые так или иначе, но жаждали большего, им позволила им судьба.
Шумный мегаполис, жизнь в котором всегда размеренно текла в своем, отдельном от остального мира, русле, не отвлекся от собственных ценностей даже в минуты опасности для своего бытия. Даже с перевернувшимся на орбите масштабным сражением, даже видя падающие на верхние ярусы тысячелетнего города корабли, мир оставался все также отрешенным, погруженным в собственные переживания. И мимо пролетающих обломком кораблей все так же меланхолично, ведомые своей неизвестной целью, сновали пассажирские и грузовые транспорты, аэрокары и спидеры. Промеж вспышек энергии проносились быстроходные яхты и туристические баржи. В десятке метров от эпицентров огня, проходили увлеченные своими мыслями, разумные.
Казалось, что их вовсе не волнует то, что прямо сейчас их родной дом под угрозой разорения.
Впрочем, это было недалеко от правды.
И во всем этом, шуме пульсирующей жизни, которая монотонно текла по всей планете, среди сотен тысяч других фигур, шагала та, которая была чужда этому месту, чужда этому времени, но одновременно и такая своя, что порой было не отличить ее от того, что наполняло пространство вокруг.
