Тень земли полностью

«Вот как оно было, — думал Саймон, глядя на россыпь условных значков и цифр. — Двадцать второе октября две тысячи семьдесят второго года… Точная дата, когда Земля превратилась в Закрытый Мир». Он мог прозакладывать уши и десять пальцев, что несчастный Симагин тут ни при чем; код из него выбили или заставили сообщить под угрозой смерти.

Сеанс с Морем Дождей продолжался.

— «Скай», внимание! — Склонившись над микрофоном, Саймон стиснул ручки кресла. — Закончить прием текущей информации. Послать сообщение. Начало: станция «Сердоликовый Берег», приказ компьютеру «Дзета» серийный номер 258/55. Прекратить эмиссию сигнала RTR. Сообщить о выполнении. Конец. Прием.

Ответ должен был прийти быстрее, чем он произнес эти фразы. Быстрее, чем кончится ночь и скроется за горизонтом лунный диск. Три-четыре секунды, может, пять или шесть. Ничтожный промежуток времени, и миссия будет исполнена — без грохота и взрывов, без ракет и лазеров, которых здесь не нашлось.

Жаль расставаться с Землей, мелькнула мысль, но тут же, усмехнувшись, он подумал, что разлука — понятие в Разъединенных Мирах устаревшее. Разъединенные в пространстве, они объединялись вратами трансгрессоров, и Земля, возвращенная людям — всем людям, сколько их есть в Галактике, — теперь окажется на расстоянии шага от Колумбии и России, Европы и Латмерики, и от всех остальных миров у тысяч и тысяч звезд, уже населенных, освоенных или необитаемых и диких. К тому же Саймон знал, что частичка Земли всегда будет рядом с ним — напоминание об этой миссии, самой долгой за время его карьеры и, вероятно, самой счастливой. Он представил лицо Марии и снова улыбнулся.

Экран ожил, и улыбка сползла с губ Саймона.

Блокировка… Это было не поражением, а лишь отсрочкой неминуемой победы. Теперь Саймону казалось, что он не рассчитывал на удачу, а ждал чего-то такого, какой-нибудь маленькой каверзы или заминки. Действительно, маленькой — в сравнении с тем, что он отыскал «Полтаву» и смог связаться с лунным комплексом. Эти опорные точки были вполне надежными, такими же основательными, как Земля и Луна, вершившие свои пути в космическом пространстве; и это значило, что с неизбежностью наступит ночь и лунный диск взойдет над горизонтом, доступный радиосигналу. Все, что необходимо сделать, — явиться сюда, на «Полтаву», в подходящее время и во всеоружии: с браслетом, дешифратором и маяком.

— Явиться и сломать пароль, — вслух произнес Саймон, глядя, как подрагивают на экране строчки последнего сообщения.

Внезапно в динамиках раздался глуховатый рокот, и чей-то голос, далекий, негромкий и холодный, как космическая пустота, откликнулся:

— Теплые сгустки любят все ломать, но в этом нет необходимости.

Подскочив, Саймон инстинктивно обернулся, хватаясь за нож, однако, кроме него, в отсеке не было ни единой живой души. К тому же странный голос звучал из динамиков, несомненно, из динамиков над командирским пультом.

— Кто ты? — Он мертвой хваткой вцепился в поручни кресла, уставился на экран, но там по-прежнему горело:

— Кто ты? «Скай»? Или «Дзета»?

Четыреста тысяч километров до земного спутника и столько же — обратно. Три секунды между вопросом и ответом.

— Д-жин-нн, — с натугой прошептал динамик. — Джинн — идентификатор, присвоенный мне Теплой Каплей.

— Какой теплой каплей?

Еще три секунды. Поручни гнулись под железными пальцами Саймона.

— Идентификатор Теплой Капли — Сергей Невлюдов. Ты — теплый сгусток, человек. Твой идентификатор?

Правый поручень треснул и отломился. Саймон с недоумением посмотрел на стальной стержень, стиснутый в кулаке.