Элисса сражалась с какой-то русской, которая тоже управляла стихией земли, однако и близко не дотягивала в мастерстве до нашей ученицы. Должно быть, до сих пор ей никогда не доводилось сталкиваться с магией Геба во всем ее могуществе. Каждый раз, когда она напускала на Элиссу каких-нибудь каменных монстров или просто швырялась в нее громадными валунами, все ее атаки заканчивались кучами щебня. В конце концов Элисса просто щелкнула пальцами, и ее противница внезапно увязла по самые плечи в зыбучем песке, который откуда ни возьмись образовался прямо у нее под ногами.
В северном конце коридора Жас присела возле всхлипывающей Клио, возясь с ее рукой, которая каким-то образом превратилась в подсолнух. Тем не менее Клио явно отделалась легче, чем ее соперник: у ног девчушки лежал здоровенный, с человека размером, том романа «Дэвид Копперфильд». Нетрудно было догадаться, что раньше он был магом.
(Картер говорит, что Дэвид Копперфильд и есть маг. Почему-то ему кажется, что это очень смешно. Ну что тут поделаешь? Я просто не стала обращать внимания.)
Даже наши самые мелкие ученики и то приняли активное участие в сражении. Крошка Шелби сначала раскидала свои мелки по всему коридору, отчего мятежники то и дело спотыкались. А теперь воинственная малявка шныряла между ног взрослых магов, лупя их своим жезлом по заднице, как ракеткой, и пронзительно вопя: «Умри, умри, умри!»
Ну разве они не прелесть, эти детишки?
Шелби шлепнула жезлом рослого железного воина-
Кое-кто из постоянных обитателей Первого нома помогал нам, но их было удручающе мало: всего-то горстка одряхлевших, едва ковыляющих старичков-магов да несколько отчаявшихся торговцев талисманами, которые кое-как отбивались от нападающих, швыряя в них образчиками своего товара.
Медленно, но верно мы пробились к дверям, где основная ударная сила мятежников сосредоточилась на одном-единственном из наших бойцов.
Когда же я увидела, кто это, мне самой захотелось превратиться в хомячка и убежать с пронзительным писком.
Уолт прибыл нам на помощь, как и обещал. И теперь прорывался сквозь вражеский заслон с голыми руками – то с нечеловеческой силой швыряя какого-нибудь мятежника через весь коридор, то одним прикосновением превращая другого в туго забинтованную мумию. У третьего мага он вырвал из рук посох, и тот мгновенно рассыпался в пыль. Под конец он взмахнул рукой, и оставшиеся враги разом уменьшились до размера кукол. Вокруг крохотных магов тут же сформировались канопы – особые горшки, в которых египтяне хоронили внутренние органы мумий, – с крышками в виде звериных голов. Бедные маги отчаянно вопили и бились в своих глиняных темницах, так что те раскачивались, как очень рассерженные кегли.
Управившись с ними, Уолт повернулся к нашим друзьям.
– Все целы?
Он выглядел совсем как нормальный, привычный старина Уолт – высокий и атлетически сложенный, карие глаза смотрят открыто и уверенно, на сильных руках бугрятся мышцы. Вот только из одежды на нем сегодня были джинсы, черная майка с рисунком группы «Dead Weather» и черная кожаная куртка – обычный наряд Анубиса, разве что подогнанный под размеры Уолта. Я только чуть-чуть погрузилась зрением в Дуат, и тут же увидела Анубиса во всем его удручающем великолепии. Оба они занимали в пространстве одно и то же место.
– Приготовьтесь, – велел Уолт своему маленькому войску. – Они заперли двери, но я могу…
Тут он заметил меня и сбился.
– Сейди, – начал он, – я…
– Ты вроде что-то говорил про двери, – подсказала я.
Он молча кивнул.
– Амос там? – спросила я. – Сражается с Кваем, Джакоби и боги знают с кем еще?
Он снова кивнул.
– Тогда прекрати пялиться на меня и открой уже чертовы двери, балбес несчастный!
Обращалась я с этой проникновенной речью к ним обоим. И знаете, это получилось так естественно… К тому же выплеснуть злость оказалось очень даже приятно. Ничего, я еще разберусь с этим… и с этим… в общем, разберусь с ними обоими попозже. А сейчас моему дяде требуется помощь.
Уолту – Анубису хватило наглости улыбнуться.
Он приложил ладонь к дверям, и они словно подернулись серым пеплом. Еще мгновение – и бронза обратилась в пыль.
– После вас, – вежливо сказал он мне, и мы ворвались в Зал Эпох.
Хорошая новость: Амос был не совсем один.
Плохая новость: его партнером выступал бог зла.
Когда мы ворвались в Зал Эпох, наш воинственный натиск немного забуксовал. Никто из нас не ожидал, что кипящая здесь битва будет выглядеть как смертоносный воздушный балет, со вспышками молний и летающими клинками. Парящие в воздухе иероглифы, обычно наполняющие зал, куда-то пропали. Голографические картины между колоннами слабо мерцали, а некоторые и вовсе погасли.
