– Тут вокруг меня! – снова взвизгнула Ирма, отрывая взгляд от сочного драконьего блеска. – Полно народу! И все наперебой говорят, что скоро будет лучше! И все вроде как присматривают за мной! И все равно! Мне всучили эту проклятую склянку! Я даже не помню где! И Алинка! Алинка! А на другого моего ребенка открыта охота, так говорят эти прекрасные… люди! В «Бесте» пугают, что родится урод! Я уже не соображаю, что происходит! Оставьте меня, оставьте!
Она махнула ладонью, и в окружающем ее пространстве все задвигалось и тотчас смешалось. Тактичный Вадим сразу юркнул к двери, втянув голову в накачанные плечи. Профессионально-бестактная Семирамида еще минут десять пыталась увещевать Ирму, пока в нее не полетели подушки с восточного дивана. Наталья Петровна оказалась самой тихой и стойкой, она до последнего старалась влить в женщину душистое снадобье, однако гнев устремился и на нее…
Но этого было мало. Мало, чтобы успокоиться – или выпустить наружу панику, страх и отчаяние.
Когда все ушли, Ирма, залитая слезами, растрепанная и красная, решительно огляделась, ухватила увесистую статуэтку из мрамора, изображавшую египетскую кошку и бросилась к ростовой вазе.
– Ненавижу! Всех! Алинка, Алинка-а-а! – и отвела руку для роскошного замаха.
– Не советую, Ирма Викторовна, – донеслось с комода.
Ирма оторопела и замерла. В комнате никого не осталось. Никого, кроме пушистого Пикселя, который сидел и смотрел прямо на нее умными круглыми глазами.
– Я сошла с ума, – радостно сказала женщина и без сил опустилась на диван. Мраморная кошка, выпав из ослабшей ладони, повалилась на ковер. – Это бред. С Алинкой все хорошо. Она просто вышла в магазин.
– Боюсь, что нет. – Пиксель фланирующим облаком прошел по ковру. Вспрыгнул на диван. – Боюсь, она и вправду переместилась между мирами, открыв портал с помощью активирующей субстанции. Я очень в этой субстанции заинтересован, Ирма Викторовна. Все мы заинтересованы.
– Кто – вы? – севшим голосом спросила Ирма.
– Панцирники, – лаконично и непонятно ответил кот. Поднес лапки к груди – и остановился. – Покажу потом. Признаться, мы своеобразная раса. А ваза – если разобьете, пожалеете. Я вас знаю. Я живу у вас пятнадцать лет.
– Так, – сказала Ирма. – Панцирники, значит. Я сейчас звоню Семирамиде Ивановне, и пусть она меня срочно освидетельствует.
– Господин Мастер Войны империи Йертайан, – терпеливо продолжал Пиксель, – да сияет вечно ее Белое Солнце, он же сразу меня узнал. «Панцирник в волосах» – так он сказал. Наша раса служит гертайцам долгие сотни лет, Ирма Викторовна. Наша мечта – это суверенитет, и мы надеялись добиться его с помощью…
– Меня? – взвизгнула Ирма, протягивая руку за мраморной кошкой. – Г-господин Мастер Войны, и тут эта жаба… этот жаба инопланетная!
Пиксель корректно отошел на пару шажочков назад.
– Он тут ни при чем. Я приставлен к вам как независимый наблюдатель, ведь наши исследователи предположили, что именно вы…
– Какие исследователи? – ахнула Ирма. – Приставлен? Да ты шпион?!
Кот вздохнул.
– Я, Ирма Викторовна, разведчик.
– И ты с самого начала мог говорить?
– Я обучался, – честно сказал Пиксель. – Понимаете, у нас, панцирников, роевой интеллект, и мы…
– Роевой! Пиксель! Я же при тебе с Колей, с мужем… А ты смотрел! Пиксель, ты валялся на краю кровати, спал на ногах… мурчал так убедительно… и даже лез под одеяло… – Ирма медленно подбиралась, а краска на ее лице стала нестерпимо багровой. – Это прилично? На твоей планете – это прилично? Я же тебя с вот такого котеночка, подобрала на помойке…
– Это была тщательно продуманная ресурсоемкая операция, – серьезно сказал кот.
Ирма бросила взгляд на слишком тяжелую статуэтку и привычно взялась за тапку.
Пиксель засуетился.
– Нет, Ирма Викторовна, не надо, не надо тапки, веника, я все объясню… Не надо так резко, вы же не гертайка, чтобы резко, Ирма Викторовна, давайте успокоимся и поговорим…
Нелицеприятное сравнение бросило Ирму в жар.
– Гертайка? М-матерь дома? Поговорим? С котом поговорим, да? Это значит что? Да вокруг меня не было ни единого человека! – завизжала она во всю силу легких. – И ты! Разведчик! Ты, рыжая паскуда, смотрел, да еще, может быть, и фотографировал!.. Штирлиц хренов!
Тапка просвистела мимо – кот пушистой тенью ретировался под штору.
– Ирма! Ирма Викторовна! Во-первых, я самка…
– Врешь, гад! А что мы у ветеринара отрезали?..
– Биоорганическая имитация… А во-вторых…
– А что я за тобой из лотка пятнадцать лет убирала?! Тоже имитацию?
– Ирма Викторовна! – возопил кот, уворачиваясь от многочисленных предметов. – Волноваться вредно для малыша! Да постойте же! Я никогда бы не раскрылся, но… я знаю, как можно попробовать догнать Алину!
Ирма замерла, тяжело задышала, стоя со свернутым в рулон глянцевым журналом в руке, как с бейсбольной битой.
– Ирма Викторовна, – уважительно выговорил Пиксель. – Только на Панцыре вам предоставят должную охрану, защиту и поддержку. Только в космосе, куда, вне всякого сомнения, устремился господин Мастер Войны, вы сможете вести нормальную жизнь.
Ирма обхватила голову руками и сидела, раскачиваясь.
