Майкл поцеловал жену в щёку и вышел в коридор. Он вновь обратил внимание на фотографии на стене и подумал о брате. Линда уже давно просила достать какое-нибудь фото, на котором были бы запечатлены братья Райс, но такое фото было только одно – с выпускного бала Майкла, и оно осталось где-то в стенах проданного родительского дома. О судьбе детских фото Майкл вообще ничего не знал.
– Вернусь вечером, после банка проедусь по парочке клиентов. – Ему пришлось кричать, так как одной ногой он был уже за дверью.
– Помни, ты обещал его уговорить, – в ответ выкрикнула Линда.
– Да помню я, помню, – крикнул Майкл, а сам подумал:
Каждый раз замечая здание банка, Майкл не мог поверить, что здесь в 1978 году произошло жестокое и странное во многих подробностях преступление, загадочные обстоятельства которого измучили головы многих следователей штата и простых жителей города. Об этом событии ему рассказывал отец, который в то время работал в отделе кадров полицейского департамента Риплтауна. Майкл уже смутно помнил многие мелочи отцовского рассказа, но основные события твёрдо засели в голове адвоката.
В 1965 году администрация города распорядилась построить здание, которое станет вспомогательным городским архивом. В него свозили в основном всю старую административную документацию и прочий хлам. В 1974 году было принято решение утилизировать содержимое архива, а здание выставить на продажу за ненадобностью, и никто тогда не догадывался, что это место станет пристанищем сектанта-педофила.
Утром двадцать четвертого июля 1978 года примерно в одно и то же время в полицейский участок поступили звонки сразу от восьми семей из разных частей города. Все как один твердили: «мой ребёнок пропал», а подробности пропажи были почти неотличимы. Утром мужья как обычно собирались на работу, а жёны готовили завтрак и шли будить детей в школу. Вот только: детей уже не было в спальнях.
Полиция провела опрос каждой потерпевшей семьи, их соседей и друзе, а следователь предположил, что дети либо сбежали, либо в городе орудовала группа похитителей, и он больше склонялся к последнему варианту. Пропали только мальчики, но дети были разного возраста и не входили в один круг общения. Самому младшему было девять, а старшему – двенадцать, серьёзная разница в среде детского общества. Они жили в разных частях города, учились в разных классах и относились к семьям из разных социальных и религиозных слоев. Это была настоящая загадка для не столь опытного в расследовании подобных дел департамента полиции Риплтауна.
Примерно в час того же дня начальнику полиции поступил звонок от мэра Пибоди. Его одиннадцатилетний сын Джо пропал, и таким образом стал возможной девятой жертвой предположительных похитителей. Начальник полиции тут же выехал к дому мэра вместе с помощником Робертом Гарметом.
«Гармет был той еще мразью», – не раз говорил отец братьев Райс.
Помощник начальника полиции гордился своим значком, часто злоупотреблял служебным положением и мог арестовать за любой косой взгляд в свою сторону. Многие считали Гармета придурком, но в тоже время старались с ним не связываться и держаться от него подальше.
Для поиска пропавших детей в городе организовали массовые поиски, тогда в прямом смысле слова осматривали каждый угол. Мэр позаботился о щедром вознаграждении за информацию, которая поможет найти детей. Никто не удивился сотням звонков от желающих получить деньги за состряпанные на коленках истории или беспочвенные обвинения нелюбимого соседа. Но однажды в участок позвонил мужчина, который смог дать подробное описание одежды пропавших детей. Он навёл полицию на автомастерскую. Её перевернули вверх дном, всех работников арестовали и допрашивали куда больше положенного по закону срока, одному из механиков даже свернули челюсть. Но никаких следов детей в мастерской не нашли. Как выяснилось, свидетель просто хотел насолить её владельцу за то, что тот уволил его три года назад за пьяный дебош. Пьяницу тут же арестовали и выяснилось, что про одежду он узнал от собутыльника, работающего в полиции Риплтауна. За этим последовало позорное увольнение за раскрытие подробностей следствия. Здание городского архива в тот день тоже подвергли обыску, но ничего подозрительного не обнаружили, только покрытую толстым слоем пыли старую мебель и документы. Когда работа в городе не дала никаких результатов, Пибоди связался с администрацией соседних городов и организовал поиски почти по всей северной части штата Горсот, но всё было безрезультатно.
В начале августа Пибоди в приступе ярости и безутешного горя уволил начальника полиции и назначил на лакомое место Роберта Гармета. Через четыре дня поздней ночью, пока город продолжал печалиться о детях, в доме Пибоди раздался телефонный звонок. Это был Гармет.
