Так, празднование Светлости, которое обычно проходит с двадцать первого по двадцать пятое декабря, всегда происходило в их доме в два из трех отведенных знати дней. Праздник заканчивается, знаменуясь балом у Его Величества. По легенде именно в этот период Всемогущий Блаженный Николай вернул миру солнце, тем самым избежав конца света и победив тьму.
На самом деле, мистики в этом мало, мудрецы сказали, что именно с двадцать четвёртого на двадцать пятое декабря приходится самая длинная ночь в году, а затем солнце начинает удерживать свои позиции на небосклоне дольше с каждым днем. Еще, согласно одной из теорий скептиков, на тот день пришлось солнечное затмение, а Блаженный Николай оказался лишь самым большим паникером.
Однако эти дни всегда были святыми и особо верующие наедались до полусмерти, веря, что так они помогают Всемогущему каждый год возвращать миру солнце. Они верят, что если в эти дни съедят животное, которое целый год растили в ласке, заботе, тепле и сытости, то чистота животного очистит и их души. Нет на свете ничего более благочестивого, чем чистая душа.
В доме Анастасии уже провели один из двух дней празднования и скоро должен начаться второй. Слуги с самого утра вовсю сновали и носились по залам: одни едва успевали очистить то, что осталось с прошлого вечера, другие уже готовили новые декорации к сегодняшнему.
Хозяевам полагалось приложить не меньше усилий, чтобы привести себя в порядок. Утром необходимо принять горячую ванну и намазаться маслами, чтобы приобрести отдохнувший вид и приятно пахнуть.
Анастасия уже провела утренние ритуалы и сидела за туалетным столиком, терпеливо наблюдая в отражении за тем как мать укладывает ее белесые длинные блестящие и уже бережно вычесанные утренней служанкой, волосы.
– Можно я не буду сегодня с ним танцевать? С господином Дмитровым – спросила она. – Он мне совершенно не нравится… и он ужасно старый.
– Не дергайся, милая, – спокойным тоном и непроницаемым лицом ответила мать.
Аделаида была высокой и стройной женщиной, обладательницей таких же длинных и роскошных волос, как и у ее дочери. Ей было двадцать восемь лет от роду. Почти каждый, кто встречал ее впервые в жизни мог с уверенностью сказать, что это самая красивая женщина из всех, которую они когда-либо видели. Сейчас она выглядела так, будто не устраивала накануне никакого торжества: даже малейшего намека на усталость ни на лице, ни в грациозных жестах не наблюдалось. Маленькая Амелия, когда попала в их дом, всегда смотрела на женщину разинув рот. Она видела в ней прекрасную принцессу из сказки.
Анастасия всегда завидовала матери: она считала, что не унаследовала ее красоту, те самые волосы не подчеркивали мягкие черты лица, а делали его более несуразным, будто она носила парик, а ее серые глаза наводили мысли о чем-то нездоровом.
– Я не хочу за него замуж, – не унималась девушка, чем вызвала изумленный взгляд Аделаиды.
– С чего ты решила, что выйдешь за него? – Спросила мать, не отрываясь от прически.
– Ярослава сказала, – отозвалась та.
С самых ранних лет за девочками ухаживала няня. Эта престарелая женщина за годы, проведенные с этими двумя проказницами, уже успела обзавестись седыми волосами, на некогда густой шевелюре. Осунувшееся и уставшее лицо всегда добавляли ей особого старческого шарма. И хоть нельзя было сказать, что характер у нее был особо ласковый, она действительно очень любила своих подопечных. А они любили ее.
После смерти мужа Ярославы, женщина перебралась в дом Аделаиды, чтобы всегда быть рядом с девочками. У нее было два сына, которые погибли в войне с кочевниками и теперь няня находила смысл своей жизни в служении своей новой семье.
Являясь женщиной устаревших взглядов, она готовила девочек к замужеству. В своих мечтах она нянчила «правнуков» – детей Анастасии и Амелии, от чего отчаянно прочила их замуж.
– Ярослава, – тихо вздохнула Аделаида. – Мы должны оказать уважение каждому, кто пришел в наш дом, – начала она, но увидев в отражении зеркала поникшее лицо дочери, скорее добавила, – но не в ущерб себе, разумеется. Ты хозяйка и тебе решать, с кем танцевать. И уж тем более, только тебе решать за кого выходить замуж. Не хочешь за Дмитрова – значит не будет никакого Дмитрова, – мягко сказала она и посмотрела в глаза отражения Анастасии. – Тем более сегодня великий праздник, не положено грустить.
Девушка тут же слегка улыбнулась и выпрямилась, начиная воображать, как случайно в краю зала она заметит иноземца, красивого высокого и статного, а он, увидев ее, непременно влюбится. К ее огромному сожалению, хоть иноземцы часто посещали столицу Персти – Дивельград – в гости к знати заходили нечасто. Было непринято приглашать чужаков на свои вечера, а для гостей считалось дурным тоном привести того, кого хозяева видеть не ожидают. Замкнутый порочный круг несбыточности мечт Анастасии.
– Кстати, Ана, – вставляя последнюю заколку, начала Аделаида. – Где Амелия? Она придет сегодня?
