Все иудеи-призывники проходили комиссию именно в Луге. На их документах имелся условный знак. В результате евреи по «состоянию здоровья» освобождались от службы в армии[69].
На фронте гибли парни русского и других народов страны, а евреи готовили революционные катаклизмы в тылу и занимались шпионажем в прифронтовой полосе.
Анализ показывает, что уклонение евреев от службы в рядах Российской армии сегодня такое же, как и в XIX веке. Читатель не найдет еврейских парней среди раненых и инвалидов войны в Афганистане, их нет среди бойцов против чеченского терроризма и сепаратизма. Методы уклонения от службы в армии у них выработаны веками.
Иудеи не могли быть «присяжными поверенными», а только их помощниками. Однако и здесь они умело обходили закон.
Адвокатура, некоторые виды судебной системы и прокуратуры по сей день являются излюбленными должностями российского еврейства.
Кроме вышеперечисленных профессий и званий, которые давали иудеям возможность проживать вне черты оседлости, имелись и другие разрешения. Такое право было предоставлено крещеным евреям, а также караимам. Избавление от человеконенавистнической грабительской и расистской идеологии иудаизма по мысли тогдашних правителей России делало евреев равноправными гражданами страны. Они обладали такими же правами, как и все население Русского государства.
Указом императора Николая I иудеи должны были носить такую же форму одежды как и все население, то есть правительство старалось ликвидировать отчужденность и обособленность еврейства. Полиция следила за выполнением этого указа. В черте оседлости иудеи вынуждены были обрезать волосы, снять пейсы и лапсердаки — традиционную одежду евреев.
Этим же указом еврейские мальчики и девочки должны были обучаться в общих школах с детьми местного населения, хотя вплоть до 1917 года чаще всего они обучали детей в своих местечковых иудейских школах.
Жизнь русского, украинского, белорусского народов на территориях бывшей Речи Посполитой значительно улучшилась. Если раньше край постоянно бунтовал и восставал против польско-еврейского угнетения, то со времен царя Алексея Михайловича и до последнего Романова, Россия не знала ни одного восстания в южнорусских регионах. Более 250 лет народ уважал и доверял русской власти.
Учитывая изменившиеся условия, еврейство начало перестраивать свою жизнедеятельность. В сельской местности они захватили в свои руки мучную и хлебную торговлю. Выше уже говорилось о захвате сахарной промышленности. В их руки попали мельницы, крупорушки, маслодельные предприятия и так далее. В черте оседлости и в ряде мест за ее пределами евреи превратились в оптовых спекулянтов — перекупщиков сельскохозяйственной продукции.
Император Николай I в этой связи вынужден был констатировать: «Главной причиной разорения крестьян являются жиды, которые по значимости являются вторыми после землевладельцев; своим уменьем они эксплуатируют несчастное население. Они являются здесь всем: торговцами, подрядчиками, ремесленниками и так далее. Они настолько хитры в обманывании людей, что предоставляют деньги наперед за непосеянные хлеба и удешевляют цены на урожай перед тем, как поля еще не убраны. Они обыкновенные пиявки, которые высасывают все и полностью истощают области»[70].
Как и во всех странах иудеи стремились захватить в свои руки и финансовую систему России. После отмены крепостного права они начали создавать свою банковскую сеть.
Располагая огромными капиталами, накопленными ограблением польского, украинского, белорусского, литовского, русского и других народов, известными банкирами и биржевиками России стали Гуревич, Соловейчик, Каминка, Манус, Мандель, Варшавский. Крупнейший банкир Мозес Гинцбург нажился на поставках для строительства военно-морской базы Порт-Артур.
Особо следует выделить Дмитрия Рубинштейна, который с помощью Распутина стал личным банкиром императрицы Александры Федоровны. В разгар первой мировой войны, в 1915 году, через своих соплеменников в Германии, он передавал деньги родным российской царицы. В то время, когда русские войска истекали кровью, через фронт переправлялись деньги во вражескую Германию.
Для постоянных встреч с царицей и премьер-министром евреям была нужна «крыша». Дмитрий Рубинштейн передал премьеру И.Л. Горемыкину через Распутина 200 тысяч рублей для «лазарета». Госпожа Рубинштейн была назначена начальницей лазарета, здесь и происходили встречи царицы и премьера с Рубинштейном и другими евреями[71].
При попытке переправить военные чертежи в Швецию Рубинштейн был арестован. На допросе он утверждал, что это, якобы, чертежи сахарных заводов, которые за акции направлялись в Швецию.
Евреи забеспокоились. Секретарь Распутина Арон Симанович связался с царицей. Она срочно выехала к мужу в Могилев, где находилась Ставка Верховного Главнокомандующего. Через день была получена телеграмма: «Симанович, поздравляю. Наш банкир свободен. Александра».
