Вся пагода была покрыта толстым слоем сажи. Он немного постоял неподвижно, пытаясь понять, что означает этот факт, затем просто пожал плечами и стал изучать древние ворота.
Проблема, с которой он столкнулся… заключалась в том, что у ворот не было ручки, чтобы открыть их. Не было ни замочной скважины, ни колокольчика, чтобы позвонить, ни дверного молотка, чтобы объявить о своем прибытии.
«Как, черт возьми, я должен открыть их?»
Не обладая Теневым Чувством, он не мог использовать Теневой Шаг, чтобы просто появиться внутри. Так что на данный момент Санни застрял.
«Было бы очень, очень смешно проделать весь этот путь только для того, чтобы узнать, что я не могу открыть эту чертову дверь. Верно?»
Слегка смутившись, он посмотрел на Святую и спросил:
— Есть идеи?
Он не ожидал ответа от неразговорчивого демона, но, к его удивлению, Тень несколько мгновений смотрела на него, а затем опустила меч.
Затем она подняла одну руку и указала на свой глаз.
Санни наблюдал за всем этим в полном недоумении, затем пару раз моргнул.
«Глаз? Что она имеет в виду?»
Затем ему в голову пришла идея.
Повернувшись к двери, он положил на нее одну руку, а затем перевел взгляд так, как он делал, когда заглядывал под поверхность Воспоминаний, чтобы посмотреть на их плетение.
И там, под обсидиановой поверхностью ворот башни, он увидел это.
Плетение.
Но это было не то сплетение бесплотных нитей, которое он привык видеть. Вместо этого это была более грубая и примитивная версия, созданная из очень физических алмазных нитей, которые тянулись под поверхностью камня, создавая красивый, но простой узор.
Санни видел такое плетение только один раз.
Внутри самой Святой.
Еще когда она была просто Эхо, он заметил его, спрятанное за сияющим узором заклинания. Он подумал, что именно оно делает каменных воинов живыми.
Что его создало последнее дитя Неизвестного в пещерных залах его темных владений…
И что оно могло быть предшественником самого Заклинания, а может, и его имитацией.
Значит, эту башню тоже построил Владыка Подземного Мира?
…Санни на мгновение замешкался, затем поднес руку к особенно яркому узлу алмазного плетения и послал в него небольшое количество теневой сущности.
Мгновение ничего не происходило.
А затем ворота Обсидиановой Башни открылись.
Глава 445. Передышка
Видимые только Санни, алмазные переплетения под поверхностью ворот загорелись призрачным светом. Почти сразу же в древнем камне появилась тонкая вертикальная трещина.
Затем ворота бесшумно распахнулись, и порыв ветра ударил Санни в лицо.
Он сделал несколько шагов в сторону, прячась за Святой, и осторожно заглянул через ее плечо в темный вход.
В темноте ничего не двигалось. Из того, что он мог видеть, внутреннее убранство Обсидиановой Башни казалось совершенно обыденным. Как только ворота обнажились, его Теневое Чувство наконец-то смогло проникнуть сквозь невидимый барьер, окружавший изящную пагоду, — оно также не обнаружило никакой опасности.
Она действительно казалась безопасной.
Он подождал несколько мгновений, затем кашлянул и помахал рукой перед лицом, пытаясь убрать с него копоть, поднявшуюся в воздух.
— Ах, сладким сном. Тогда не о чем беспокоиться. Пойдем!
Санни взглянул на Святую, задержался на секунду и добавил вежливым тоном:
— …О, дамы вперед.
Молчаливый демон слегка повернул голову, уставился на него одним рубиновым глазом, затем просто пошел вперед и переступил порог древней башни. Санни подождал несколько мгновений и пошел тоже.
Крепко сжимая рукоять Осколка Луны, он нырнул в темноту, царившую за высокой рамой входа, сделал дюжину шагов вперед и оказался в широком коридоре, который, казалось, опоясывал весь первый уровень пагоды.
Коридор тянулся и влево, и вправо. То тут, то там Санни видел большие двери, ведущие в комнаты разного размера, которые располагались в направлении внешней стены башни, вплоть до изгибов коридора. А прямо перед ним находились замысловатые деревянные ворота, украшенные красивой гравировкой.
За ними находился центральный зал башни.
Санни немного замешкался, затем толкнул деревянные ворота, которые легко обнажились и обнажили огромную комнату с другой стороны.
«Этот запах…»
Его глаза расширились.
За воротами находился большой зал с очень высоким потолком. Как только ворота обнажились, на стенах зажглись стеклянные фонари, наполнив внутреннее пространство Обсидиановой Башни призрачным голубым светом. В зале находились различные предметы, и все они требовали внимания Санни.
Здесь был стенд с инструментами и орудиями кузнеца, мастерски изготовленными из черного обсидиана и серебра. Сильно обгоревший рабочий стол с россыпью прекрасных кристаллов души на его черной поверхности. Каменная стена с вырезанными на ней загадочными схемами, причем сами порезы были настолько ровными и глубокими, что он не мог даже представить, кто их оставил, не говоря уже о том, что описывали эти схемы.
