Как выяснилось, я должна была прежде всего научиться наконец-то распознавать замаскированное под заботу мужское коварство и не быть такой доверчивой. И уж тем более держать ухо востро с недоделанным магом Торином. Потому как тот, верно поняв быстрый взгляд своего отца, взял да и приложил меня каким-то заклинанием. Видимо, тем самым, которое однажды уже использовал для того, чтобы усыпить мою бдительность. Ну и меня саму заодно.
Поэтому проснулась я около полудня. Да и то только потому, что Тьма после долгих сомнений все-таки решилась растолкать свою хозяйку и принялась бомбардировать ее мыслебразами с голодным и вопросительным содержанием. Потянувшись, я сладко зевнула и села на постели. И тут же с ошеломляющими подробностями припомнила весь предыдущий день. После чего скатилась с кровати кубарем, окончательно измяв и без того немало пострадавший во время вчерашних событий наряд. Как выяснилось, усыпить-то меня Торин усыпил, а вот устроить как следует не озаботился - небось просто вызвал лакеев и велел им перенести мое сонное тело в спальню, а те и рады стараться - притащи ти да и сбросили на кровать поверх покрывала прямо в платье и туфлях.
Я метнулась к зеркалу. Ничего утешительного оно мне не сообщило: веки припухли, глаза покраснели, в слое пудры, покрывающем щеки, виднелись характерные дорожки - я явно плакала, но, хоть убей, не припомню когда. Прическа, вернее, ее руины, представляла собой нечто среднее между вороньим гнездом и старым веником. Платье мятое; казалось, меня три часа с немалым удовольствием и прилежанием жевала корова, а потом, брезгуя проглотить, выплюнула. Красавица, что и говорить.
Поспешно вытирая лицо смоченной в благовонном настое салфеткой, я старалась без лишней необходимости не заглядывать в зеркало и с тоской размышляла, куда мне сейчас бежать и за что хвататься. Жизнь наемницы богата на события, происшествия, встречи и опасности, поэтому сильно устрашить меня не могло уже ничего. Вернее, это мне раньше так казалось. Явление покойника, коим я почитала Каррэна, напугало до истерической паники и довело до обморока, как какую-нибудь нервную придворную дамочку. Тогда у меня не было времени размышлять да раздумывать, теперь же я с мельчайшими подробностями припомнила вдруг пору своего ученичества в замке Рэй. Вот уже объявили отбой, но воспитанники, сгрудившись на полу, так просто отходить ко сну не собираются. Звезда, моя подруга и соученица, сидит на самом почетном месте, в центре круга, образованного жадными до баек учениками, и придушенным голосом рассказывает выдуманную историю-ужастик: "…И вот понял хран, что убил того, кого нужно, и заказ выполнен, и пошел домой, и лег спать, и…"
На этом месте ее обязательно перебивает кто-нибудь, жаждущий достоверности и реалистичности повествования: "Ну и врешь же ты, сестра! Нету у хранов никакого дома!" - "Это же только так говорится - домой. На самом-то деле он, конечно, в гостиницу пошел,- отбивается от скептически настроенных слушателей Звезда.- И вообще, бери и сам рассказывай, раз такой умный!" Поднимается шум. Недовольному живо затыкают рот и просят девочку продолжать рассказ. Звезда принимает загадочный и многозначительный вид: "Так вот. Лег, значит, хран спать, и явился ему ночью мертвец! Стр-р-рашный! Глаза белые, круглые, на шее рана жуткая, вся одежа кровью да грязью перемазана. Протянул он руки когтистые, оскалил клыки желтые да и давай стонать: "За что же ты меня убил, гад? Мне бы еще жить да жить!" А хран был не робкого десятка, он и отвечает: "Ты моему клиенту чем-то насолил, вот меня и наняли. Иди отсюда, я в твоей смерти не виноват! Я простой исполнитель. Лучше заказчика ищи! Или вообще во Мрак вековечный убирайся, откуда выполз". Да только не угомонился мертвец, еще пуще стонать да грозить начал: "Вернусь я во Мрак вековечный, не сомневайся. Да только тебя, убивца моего, с собой утащу! Не один буду на том свете мучиться!" Хран испугался немножко, попробовал от покойника своими клинками верными отмахнуться, да только не взяла мертвяка сталь закаленная, расхохотался он злобно, залязгал клыками своими страшными да и утянул храиа за собою во Мрак вековечный! И так с каждым убийцей будет! Жертва к нему посреди ночи явится и уволочет к демонам - ответ за грехи держать!"
