Я устал, но не подавал вида. Я боялся, что, если я попрошу перерыва, Леон вспомнит, по чьей вине все произошло. Или, может быть, я сам не хотел вспоминать этого. Ведь Леон чувствует, а значит, у него есть причины, которые позволяют ему не давать «I2» взять верх над собой. Мы шли через сплошные поля. Деревьев почти не было. Когда начало темнеть, Леон сказал, что нужно найти место, где мы сможем переночевать, желательно с дровами, чтобы развести костер и согреться. Уже практически ничего не было видно, и мне начало казаться, что мы так ничего и не найдем. Леон остановился и, приглядевшись, увидел небольшой островок с деревьями. Направившись к нему, мы заметили что-то вдалеке.
Это был небольшой огонек. Он мелькал практически незаметно, видимо, его заслоняли деревья. Мы присели на корточки и начали всматриваться. Леон шептал, что хозяин костра может быть не такой приветливый. Не все, кто решает выбраться из города, ищет доброты и света. Возможно, это какой-то смотритель, который хочет держаться особняком. А если его покой нарушить, то кто знает, что он может сделать. Но мы очень устали. У нас было немного еды, какие-то провода и очень много воды. Все это нес Леон в своем рюкзаке. Мы заметили мужскую фигуру. Кто-то грелся у костра, укутанный в большое количество вещей, которые укрывали его с ног до головы. Он, видимо, что-то готовил на костре, потому что запах доносился очень соблазнительный. Что-то похожее было в нашем лагере. Как только я его учуял, сразу перестал здраво мыслить. Годы на химических продуктах давали о себе знать. Я посматривал на Леона в надежде, что он встанет и мы пойдем к костру в расчете, что нас не прогонят. Но он внимательно всматривался в этого мужчину, будто искал подвох. Перед нами был пожилой человек, который просто грелся у костра. Он выглядел безобидным. Я решил что пора стать более решительным. Пора начать говорить первым: «Пойдем, я думаю нам ничего не угрожает».
Леон, подождав несколько мгновений, встал, давая понять, что готов рискнуть.
Он оказался совсем стариком, но вполне активным и с ясным умом. Вначале он испугался нас, но мы объяснили, что сбежали из города и хотим согреться. Старик продолжал недоверчиво поглядывать на нас. Леон рассказал, как мы очутились у его костра, и наши истории были похожи. Он ушел из города один, по своей воле и без подсказок, как это было со мной. Он сказал, что собрал все, что мог, и ушел куда глаза глядят, пока туман не рассеялся. Раньше он был хирургом, а знания в охоте и приобретенные навыки выживания помогали ему какое-то время. До распространения «I2» он вел активную жизнь, он будто готовился к чему-то подобному, что произошло с нами. Он сказал, что трудно было заметить, как все рушится с неконтролируемой скоростью. Я задумался о его словах. Ведь все и правда было очевидно, но многие этого не замечали или верили, что любые поступки человечества сойдут им с рук. Старика звали Максим, как и меня. Он сразу назвал свое имя, что удивило меня. Видимо, он находился в городе совсем не долго. Он сказал, что вначале он укрывался в своем бункере, но там не было необходимой системы фильтрации, как в домах, которые построили именно для таких, как я. Он вышел и сначала подумал, что это ядерная пыль, но его нашел ZENO. Старик рассказал нам, что всю жизнь страдал от депрессии, он так к ней привык, что, когда все случилось, для него это не было шоком или негативным событием. Каждый день он готовился к худшему и не испытывал ничего позитивного. Это ему помогало в работе хирурга, а потом помогло легко справиться с принятием катастрофы. Он сказал, что со временем животных и растений становилось все меньше. А сейчас они и вовсе пропали. Лишь поля и очень редкие островки деревьев. Костер можно разжечь и с помощью инструментов, которые создают в городе. Этот инструмент выглядит как гладкая, черная фигура, которая управляется вручную. Но, чтобы завладеть им, нужно забраться в технический сектор и умело его выкрасть. Наш новый друг был не таким. Он не из тех, кто ворует или вредит кому-то. Как мне показалось, этот старик был тем, кто всегда придет на помощь другому, даже если придется пожертвовать своими интересами. Но не для того, чтобы об этом кто-то узнал и похвалил, а именно искренняя жертва ради другого. Мне это понравилось. Я давно не встречал подобных людей. Хотя, если посмотреть, я и вовсе встречал не так много людей, с которыми можно поговорить.
