Я лег в ожидании рассвета. Мне начало казаться, что я еще долго буду привыкать к тому, что ничего не знаю о мире, в котором живу. В городе F было все проще. Я знал, что есть одна неизменная истина, но это была лишь очередная ложь самому себе. Возможно, я догадывался, что человечество всегда найдет способ пойти против выбранного пути, но был слишком увлечен самобичеванием. Мы сами определяем границы мира, а не место, в котором мы оказываемся, – мне пора это усвоить. Леон иногда бормотал что-то, я старался лежать беззвучно. Я испытывал чувство вины перед ним. Но некоторое время спустя убедил себя, что это ненужная эмоция в данных обстоятельствах.
Утром у меня не получилось насладиться рассветом как следует из-за закрывающих небо листьев. Но окрашивание в цвета всего вокруг с рассветом подняло мне настроение. После того, как мы собрали вещи и позавтракали, мы пошли в лагерь возле города D, он располагался по нашему маршруту. Леон сказал, что мы не потеряем много времени. Когда мы были совсем близко, Леон остановился, чтобы убедиться, что с лагерем все в порядке. Он недоверчиво огляделся, и, убедившись, что можно идти, мы пошли вперед. Чем ближе мы подходили, тем сильнее это поселение напоминало наш лагерь. Когда я проходил курс смотрителя, нас учили обращать внимание на детали, нестыковки, подозрительные сходства. В этом лагере было подозрительное сходство. Он был такой же, как наш. То же расположение палаток, костра и кухни. Я словно вернулся и вот-вот почувствую на себе оценивающий взгляд Лизы. Все начали медленно стягиваться к нам, и я замер в ожидании нового знакомства. Моя боязнь новых людей вернулась или, может быть, никуда и не уходила.
Знакомство закончилось… Оно было не таким, как нашем лагере. В этот раз все были подозрительными, неприветливыми. Леона все знали. Он представил меня, но никто не представился мне. Люди были грязными и изувеченными. На каждом было много шрамов. Но один юноша решился со мной заговорить. Мы с ним были чем-то похожи. Он был вдумчивый и немногословный. Однако он был приветливым, и его интересовало, кто я и откуда. Он был из города D, как и все в этом лагере. Большинство из тех, кто жил в лагере, было явно с запущенными формами психических расстройств. Они бродили дергаясь, бормоча себе что-то под нос. Немногие, которые демонстрировали признаки осознанности, пошли с Леоном в сторону, разговаривая о чем-то и беря припасы из рюкзака Леона. Мы с юношей сели в стороне и скромно разговаривали. Он был напуган. Он рассказал, что они потеряли много людей в городе D, и теперь они ходят за припасами редко. Они отправляют по одному человеку, и тот, как чайка, хватает, что может ухватить, и драпает из города. Если они потеряют еще двух человек, остальные протянут на живности, которую отчаянно экономят максимум месяц или два. Я не понял, что такое живность, но решил не уточнять. Я боялся, что, если буду задавать много вопросов, мой собеседник может как-то неожиданно отреагировать. Зажаться в себе или вовсе уйти. Я впервые его видел и не стал рисковать. Мне хотелось подробнее узнать об этом городе. Я надеюсь, что побываю во всех лагерях, которые располагаются на нашем маршруте, чтобы понять все детали жизни вне города. Но узнал я не так много. Когда мой собеседник закончил, он встал и сказал, что у него есть кое-что для меня. Я сидел и осматривал все вокруг. Этот лагерь был очень серым, хоть и светило яркое солнце. Он был похож на город, но зрелище было более печальным. В городах люди, лишенные чувств, бродят, не ожидая ничего. Здесь же люди бродили в ожидании жизни, которую не могут получить. Выбор – вот на что стоит обратить внимание, находясь в этом месте. Будь они людьми здоровыми и здравомыслящими, что бы они выбрали? Жить в городе или здесь? Леон говорит, что тщательно выбирает всех, кого приводит в города, но в городах многим поддерживали умственные способности, выдавая лекарства. В лагере они превращались в тех, кем являются на самом деле. Будто свобода превращает всех нас в тех, кто мы есть, и это не всегда хорошо для нас. Юноша вернулся и медленно протянул мне блокнот с набором ручек. Он сказал, что, когда был смотрителем, ему удалось найти много старых вещей в городе D. Внутри его бывшего города, прямо в центре, стоят разрушенные здания. В них много вещей, которые он собирал вместо того, чтобы искать эмоциональных. Он положил все рядом со мной. Я смотрел на этот блокнот и вспомнил тот, что потерял в городе J. Мне почудилось, что я переверну страницу и увижу там ужасные рисунки. Рисунки, которые почему-то решил скрыть от всех. То невинное безумие, которое было в потерянном мной блокноте, было невозможно для понимания Леона или Нурлана. Я только сейчас это понял. Я взял блокнот в руки. Он был совершенно чистым. Улыбнувшись, я сказал спасибо. Юноша ответил, что знал, что я оценю этот подарок. Еще он добавил, что почувствовал, что именно эта вещь заставит меня улыбнуться. Он ушел, и мы больше не пересекались до вечера.
