Дом в Инфермари-клоуз не назовешь теплым даже в самые жаркие дни года, а этим вечером здесь царили просто небывалые холод и сырость. Ветер дул в самом неблагоприятном направлении, неся в комнаты и коридоры запахи с обмелевшей реки и смрад с больничного кладбища.
Я жил на территории старого дворца Савой, расположенного в удобной близости и от Уайтхолла, и от реки, вдобавок жилье обходилось мне относительно недорого. Перебравшись сюда, я считал, что мне невероятно повезло, и меня не смущало даже расположенное у самого дома кладбище. Теперь же это место вызывало лишь неприязнь. Слишком много призраков, слишком мало тепла.
Вечером, возвратившись из Уайтхолла, я составлял конспект своей недавней переписки с управляющим лорда Арлингтона в Юстон-холле, главной загородной резиденции милорда. Управляющий был многословен, а лорд Арлингтон – нетерпелив, а потому поручил мне вкратце пересказать основные моменты. Это дело не назовешь увлекательным, однако я понимал, что моя служба у многих вызывает зависть: доверенное лицо лорда Арлингтона – далеко не последний человек в Уайтхолле.
Закончив конспект, я позвонил в колокольчик. Наконец Сэм Уизердин стукнул костылем о голые доски пола, возвещая о своем прибытии. Будучи не в настроении, Сэм всегда производил больше шума, чем обычно, а в последнее время недовольство, казалось, и вовсе стало его нормальным состоянием. Каков хозяин, таков и слуга.
Я бросил ему ключ от кладовой:
– Принеси мне вина, на этот раз хереса, и бокал.
Кинув на меня угрюмый взгляд, Сэм поковылял за бутылкой. Этот человек всегда служил мне верой и правдой, однако сейчас он испытывал мое терпение. Обо мне Сэм наверняка сказал бы то же самое, но я, по крайней мере, платил ему жалованье, благодаря мне он был одет, обут и имел крышу над головой. Человеку, лишившемуся ноги ниже колена, трудно найти место, особенно такое хорошее, и мы оба это понимали. Но его жена Маргарет – совсем другое дело. Хозяйство она вела образцово. Не будет в доме Сэма, уйдет и Маргарет.
Тут с улицы донесся стук в дверь. Я кивком отправил Сэма узнать, кто пришел, и разом опрокинул бокал вина. Не успел я поставить на стол пустой бокал, как мой слуга вернулся.
– Хозяин, к вам госпожа Хэксби, – объявил он.
Я поспешно встал, вдруг устыдившись своего неряшливого вида, и рукавом задел бокал, тот упал на каменный пол и разлетелся на тысячи осколков.
Но Кэт как будто не заметила беспорядка, а при виде меня состроила недовольную гримасу и заявила:
– Вынуждена просить вас об услуге.
Кэт Хэксби не любила обращаться ко мне за помощью. Впрочем, к другим людям тоже.
Мы с ней виделись раз в две-три недели. Наша первая встреча произошла шесть лет назад, когда в огне Пожара пылал собор Святого Павла. Тогда эту женщину звали Кэтрин Ловетт. Примерно через год она стала госпожой Хэксби, молодой женой старика. Но вскоре пожилой архитектор умер при обстоятельствах, до сих пор являвшихся мне в ночных кошмарах, и Кэт осталась вдовой.
Нас крепко связывало общее прошлое, и оно же давило на нас, как чересчур сытный обед на желудок. В прошлом году я провел ночь в ее постели, а наутро сразу предложил Кэт руку и сердце, но она отказалась и от того, и от другого. И все же мы с ней по-прежнему были чем-то бóльшим, чем просто друзьями. Мы с ней ходили на музыкальные вечера и в театры. В хорошую погоду совершали речные прогулки. И если Кэт нужен был сопровождающий мужского пола, она всегда обращалась ко мне. Но даже в ее отсутствие образ Кэт являлся мне настолько часто, что это было и неудобно, и непрактично.
Теперь же она предстала передо мной во плоти, придя в мой дом с историей о безликом мертвеце и несгибаемом мировом судье, и мне сразу же стало проще. О причине своего визита Кэт рассказывала холодно и без малейшего проблеска чувств, будто врач, описывающий коллеге симптомы больного.
Я позвал Маргарет и велел ей убрать осколки. Затем мы с Кэт молча сидели в сырой, наполненной отвратительными запахами гостиной и вспоминали тех, чьи жизни незаслуженно оборвались. Стоило появиться моей гостье, и Сэм, не дожидаясь понуканий, сам разжег огонь в камине. Отсветы пламени плясали на щеке Кэт, и я подумал, что с годами она стала еще красивее. Кэт позволила мне налить ей вина, однако к бокалу не притронулась.
– Ну так что же, сэр? – резко спросила она, отвлекая меня от глупых мыслей. – Вы выполните мою просьбу и замолвите за нас словечко перед милордом?
– Лорд Арлингтон сейчас в Юстоне и, по всей видимости, пробудет там несколько недель. Покинув Норидж, король и королева некоторое время будут гостить у него.
– В таком случае напишите лорду Арлингтону. – В голосе Кэт прозвучало раздражение. – Стоит милорду встать на нашу сторону, и затруднения наверняка разрешатся.
– Полагаю, Раш сказал правду? – уточнил я, подливая вина в свой бокал. – Чардская богадельня действительно является частью владений Или-хауса?
– Да. Но суть дела даже не в законах. Мой клиент, господин Хадграфт, утверждает, что Раш вредит ему нарочно.
– Почему?
