Солнце уже давно зашло; дворец тих, как гробница. Охранники следят за каждым входом, но я подозреваю, что им еще не сказали о моем предательстве. Никто не мешает мне войти, и, к счастью, я не замечаю тех троих, что доставили меня в библиотеку на суд короля.
Я задыхаюсь, когда добираюсь до коридора – нашего коридора.
– Король в своих покоях? – спрашиваю охранников на вахте.
– Нет, леди Статос. Он еще не ложился.
Мой голос превращается в рычание.
– Где он?
– Мы не назначены в его личную охрану. Я не знаю.
– Жизнь короля в опасности. Мне нужно знать, где он сейчас! – но крик не помогает. Это не даст им ответы, которые мне нужны.
Я поворачиваюсь и бегу вниз по лестнице. Когда слышу, как охранники идут следом, кричу в ответ:
– Нет, оставайтесь на месте, если он вернется. Не бросайте свои посты.
Где Каллиас засиделся так поздно? Если у него нет никаких встреч, куда он пойдет?
Он был в библиотеке в последний раз, когда я его видела, поэтому я пробираюсь туда. Но по наитию на полпути сворачиваю, вместо этого направляясь в гостиную королевы.
Комнату его матери.
Я проклинаю себя за свою глупость, когда не вижу охранников у дверей. Но что, если Каллиас отпустил своих?
Я врываюсь в комнату на полной скорости, дверь врезается в стену. Пара рук ловит меня, прежде чем я растягиваюсь на земле.
– Алессандра?
Выбираюсь из рук Каллиаса, вспомнив, как он обращался со мной, когда мы в последний раз видели друг друга.
– Ты жив!
Он смотрит на меня так, будто я сошла с ума.
– Да.
– Где твоя охрана? – тяжело выдыхаю я.
– Я дал им выходной. Учитывая, что все враги, включая тебя, пойманы, решил немного побыть без них. Неважно, что ты здесь делаешь? Я…
– Ты один? – перебиваю я.
– Нет, я тоже здесь. – Леандр выходит из ниши, в которой стоял. – Ты нас прервала. Что ты здесь делаешь?
Я поворачиваюсь к Каллиасу.
– Тебе нужно бежать. Сейчас же. Иди к своим охранникам. Найди любых, кто ближе всего.
– Почему? Собираешься снова попытаться убить меня? – спрашивает он с горьким сарказмом.
– Я никогда не пыталась тебя убить, и я не тот, кто представляет угрозу для твоей жизни. Он! – указываю на Леандра, чьи глаза расширяются от изумления.
– Что? – спрашивает Каллиас. – Леандр не помогал своему дяде. Он защитил меня от него, когда Икар пытался приблизиться ко мне после того, как я проглотил яд.
– Он не защищал тебя, – говорю я, когда меня осеняет. – Он использовал возможность прикоснуться к тебе. Ты призывал свои тени с тех пор, как вошел в эту комнату?
– Я не пробовал, и пока ты здесь, ничего не выйдет. А теперь уходи! – Каллиас хватает меня за руку, пытаясь вытащить.
– Он не тот, за кого себя выдает. У лорда Васко нет племянника!
Каллиас ослабляет хватку, и я освобождаю руку.
– О чем ты говоришь? – спрашивает он.
– У меня тот же вопрос, – говорит Леандр, и его голос теперь намного ближе.
Недолго думая, я встаю между двумя мужчинами, закрывая Каллиаса собой, как щитом. Даже когда замечаю меч, свисающий с бедра Леандра, я не колеблюсь.
– Посмотри на него, Каллиас. Посмотри на него внимательно. Ты его знаешь.
– Да. – Его голос звучит сзади меня. – Он мой лучший друг. Или был, пока я…
– Нет, ты знал его до этого. Тогда он выглядел немного по-другому, с такими же черными, как у тебя, волосами. Разум видит то, что хочет видеть, когда не может понять что-то еще. Твой брат умер, так как он мог вернуться замаскированным под кого-то еще?
Леандр – Ксантос – смотрит на меня, прищурившись.
– Что с тобой случилось? – спрашиваю я. – Тебя избили; это очевидно. Но зачем инсценировать свою смерть? Зачем возвращаться, убивать родителей и пытаться убить брата? Это не имеет смысла.
Ксантос смотрит через мою голову на Каллиаса.
– Я думаю, леди чувствует себя виноватой. Знаешь, она поцеловала меня этим вечером. После того, как ты ее отослал.
– Прекрати! – кричу я, чувствуя стыд и гнев одновременно. Но я не смею смотреть на Каллиаса. Я не могу оторвать глаз от Ксантоса – от угрозы. – Мне было больно, – говорю я в порядке объяснения. – Это меня не оправдывает, но помогло раскрыть предательство.
Я держу руку над головой пятном в сторону Каллиаса.
– Краска для волос. Она осталась у меня на ладони. Он пришел ко мне сразу после того, как ее использовал. Я думала, хочет меня проводить. А на самом деле – убедиться, что ты правда остаешься один, и никто не станет свидетелем убийства.
Комната замолкает.
– Нет, – наконец говорит Каллиас. – Нет, он не может быть Ксантосом. Я любил своего брата, но он был язвительным. Жестоким. А Леандр просто…
– Актер, – заканчиваю я. – Убийца под маской.
Опять тишина. Она тянется так долго, что я борюсь с искушением обернуться и прочитать лицо Каллиаса.
Затем моя спина холодеет, когда Каллиас отступает назад.
– Это ты.
Ксантос закатывает глаза.
– Отлично, Алессандра. Отлично сработано. – Он достает свой меч. – Я работал над этим четыре долгих года, а потом тебе приспичило все испортить.
– Ты все испортил, – указываю я на коричневую отметку.
