— Ну, девоньки! — Максим прошел до деревянного моста, плюхаясь на него, скрещивая ноги и кладя на них предплечья. — Чего шалите, а? Мне тут сообщение поступило, дескать, опять вы одиноких мужчин соблазняете. Вот не стыдно вам?
— Не серчай, Максимчик, — слезно произнесла дева помладше, лет двадцати. — Мы здесь совсем одни-одинешеньки, не приходят сюда ни красны девы, ни добры молодцы. А нам так одиноко…
— Вот не надо мне водоросли на уши вешать. Знаю я ваше одиночество! Сначала «подай-принести», а потом топите. По чьей милости сюда люди не ходят больше? Сами погубили народа столько и возмущаетесь!
— Не мы таки, а природа, — зеленоглазая девушка подплыла ближе и опершись на доски, выбралась на мост. Она была совершенно нагой. Длинные волосы прикрывали переднюю часть тела, и это стало единственной причиной, почему Максим все еще не отвернулся.
— Я вам стол сделал? Сделал. Я вам настолки носил? Носил. Я картишки притащил? Притащил. Что ж вам еще надо-то, а? Вот сейчас я пришел, а я добренький! Потом пришлют кого пострашнее, вот тогда проблем не оберетесь.
— Составь нам компанию… — девушка протянула к нему ладонь, касаясь кончиками пальцев груди Максима. — Согрей нас. Нам так холодно…
— Ох уж эти новенькие, — хихикала дева поодаль.
— Ничего, пусть сама наступит на эти грабли, — ответила вторая.
— Да… Моя прекрасная барышня… — словно под гипнозом произнес Максим, подавшись к ней. Девушка хотела коснуться его губ, как вдруг он толкнул ее в плечи, и та с визгом шлепнулась обратно в воду. — Такого ответа ожидала? — юноша расхохотался.
— Невозможно! — воскликнула та, всплыв. — Ни один мужчина не в состоянии противиться чарам речных дев!
— Вообще-то, в состоянии. Ничего, старшие сестры обучат тебя азам. Правило первое: никогда не пытайся соблазнить ведуна, если не хочешь получить поджопник просвещения. Правило второе: никогда не пытайся соблазнить меня, а почему — узнаешь от остальных, — Максим рывком поднялся на ноги. — Надеюсь, мы друг друга услышали? Никаких выкрутасов больше.
Дайна наблюдала из-за дерева. Она отчаянно пыталась увидеть что-либо через уголки глаз — никакого толка. Для нее Максим по-прежнему разговаривал с пустотой. Судя по всему, эта самая пустота вполне неплохо ему отвечала. Или он сумасшедший, или это ей не удается в полной мере воспринимать бренный мир.
Все же сославшись на второе, Дайна решилась наконец-то выйти из своего укрытия. Девушка решительно направилась к мосту, пока новоиспеченный знакомый читал лекцию про важность соблюдения баланса.
— Максим! — она окликнула его, и все речные девы синхронно захихикали.
— Че? — парень обернулся вполоборота, увидел ее, нахмурился и округлил глаза. — ЧЕ?! — громче повторил тот и резко отвернулся. — Я не я и хата не моя, досвидос! — он на полном серьезе собрался сигануть в воду, но Дайна успела схватить его за шкирку.
— А ну стоять! Пока на вопросы не ответишь — никуда не пойдешь!
— Я, — Макс сделал шаг вперед с трудом, — не, — еще шаг, — буду…
— Не веди себя, как маленький! В чем проблема?!
— Да в том! — он остановился и обернулся, отчего они оказались слишком близко друг к другу. Девушка все еще крепко держалась за край толстовки, отчего случайно обняла его за шею.
Дайна уставилась ему в глаза. Такие прекрасные, мистические фиолетовые глаза… На них определенно точно нет линз, иначе сразу бы их заметила. Сердце забилось чаще и по коже пробежали легкие мурашки, стоило ему положить ладонь на нее талию. Она взволнованно сглотнула тугую слюну во внезапно пересохшее горло и забыла обо всем, что хотела сказать ему еще секунду назад.
— Я не стану отвечать на твои вопросы. Тебе нельзя лезть туда, куда не следует. Поняла?
— Я просто… Ну… — Дайна медленно разжала пальцы. Стоило отпустить его полностью, юноша отпрянул. — Я чуть не погибла там и имею право знать правду! — она топнула.
«Имеешь… Ты имеешь право знать правду», — послышался ласковый женский голос, заставившей ее обернуться к воде.
— А ну цыц! — рявкнул Максим куда-то в сторону.
Дайна вздрогнула и шагнула назад. Каблук попал в щель между рассохшихся досок, и нога подвернулась. Она бы смогла с легкостью удержать равновесие, но отчего-то дерево стало мокрым и скользким, а за лодыжку кто-то схватил.
Вода с небом поменялись местами, голова закружилась. Девушка стремительно полетела вниз. Мост был длинным, и глубина почти у его конца — весьма приличная. Плавать она умела всегда, но почему-то именно сейчас не могла сопротивляться. Словно множество цепких рук держали за конечности, не позволяя пошевелиться и вырваться.
Солнце становилось все меньше и тусклее. Темнота сгущалась. В легких заканчивался воздух. Она отчаянно дергалась и пыталась всплыть, но нечто не собиралось отпускать.
«Оставь свои сомнения и печали… Он все равно никогда не полюбит
