- Они никак не уймутся. Так и будут пытаться превратить Зону в исполнитель своих желаний. Но что я могу здесь поделать? Можно взорвать лаборатории, можно убивать приходящих сюда наемников, но с теми, кто дает им задания, я ничего не могу поделать. Разве что договориться с группировками, или с бандитами и те зашлют за периметр киллеров. Но я даже не знаю, кто ведет этот проект и кого нужно ликвидировать. Даже если мы это все же сделаем, где гарантия, что проект будет закрыт и его не продолжат другие люди? Каждый «глушитель» будет ускорять рост Зоны и их будет все больше.
Полковник молчал. Лось тоже. Он вообще так и не сказал ни слова за все время. Забурлила вода в котелках. Я снял их с огня и засыпал во все три заварку. Тайник полковника на «Шевченко» - не самое лучшее место, чтобы пить чай, но и не самое худшее. Затхлый запах давно нестиранного спальника, ржавчина на стенах, пахнет болотом и стоячей водой - бывало и хуже. Зато вода для чая чистая, дождевая.
Та, взорванная мною лаборатория… Там погиб отец Инги. Погиб, брошенный людьми, которые его охраняли и ведь кто-то его в эту лабораторию отправил, по его собственному желанию, или может быть против.
- Полковник, - сказал я Дегтярю, - мне наплевать на то, что «Долг» профильтрован людьми СБУ, а «Свобода» в последнее время все больше тянется в сторону российских спецслужб. Вот ты, к примеру, тоже шпион. Это твое личное дело. Вы ищете информацию, вербуете сталкеров, время от времени грызетесь между собой, все как обычно. Но военные – это совсем другое. Одно дело – знать, другое – применять знания. Они ищут здесь оружие, а найдут свою смерть и если бы только свою! Сколько километров от крайнего блокпоста Зоны до Киева?
- Пятьдесят два.
- На этой границе периметр остановился, по сути, случайно. После супервыбросов, к которым прямо причастны те же самые люди в погонах, он мог бы продвинуться гораздо дальше. На Крещатике могли бы искрить «шокеры» и разгуливать контроллеры.
- Потому я и отправил тебе прибор. Там, за периметром, все идет в разнос. СБУ полностью отстранено от этого дела и ты прав: устранение ключевых фигур ничего не решит. Мы больше не занимаемся подготовкой экспедиций и ничего не можем сделать. Если я появлюсь за периметром, меня убьют. Меня и здесь убьют рано, или поздно.
Я не стал шутить о том, что его уже убили на моих глазах, а сейчас он все равно жив. Неуместно. Он действительно ходит по лезвию. Зона шутит какие-то шутки со временем и когда-нибудь уже случившееся обязательно случится. Медленно отпивая по глотку крепкий чай (с высоким содержанием железа!) из котелка, я вместе с «Монолитом» просчитывал варианты.
...
Лис, Щуплый, Инга и Балбес ждали меня внизу. Последний, увидев нас, замахал длинным, обросшим к зиме шерстью хвостом. На шее он тоже отрастил роскошную, бурую гриву. Вот такими слепые псы и бывают, если их вволю кормить. Инга, встретив мой взгляд, только пожала плечами. Значит тоже ничего пока предложить не может. Полковник – отстрелянный патрон. Он ничем не поможет и вряд-ли вообще будет отсюда вылезать. Припасов у него много, как бы не на год вперед и сидеть он здесь может, пока не надоест. Когда сидеть надоест – сам даст о себе знать.
Я присел рядом с Ингой на станину судового дизеля, пристроив автомат на коленях. Остальные сталкеры собрались вокруг. Лис не торопясь сворачивал самокрутку с коноплей.
- Они разрушат свой мир, - сказал я.
- В смысле? – переспросил Щуплый.
- В прямом. Каждый раз, когда в Зоне будет включаться «глушитель», она будет реагировать на это. Будут еще выбросы. Периметр сдвинется и мы не сможем его остановить. Лесник так и сказал: «Когда-нибудь этот мир рухнет и люди будут строить новый». К этому идет.
- Ну, нас-то…
- Не заденет? Да, нас не заденет. Этот выброс будет ощущаться не как обычный, который тем сильнее, чем ты ближе к центру Зоны. Наоборот. Он сметет границу, там будет ад, а в Долине и на Агропроме разве что небо засветится. Потом волна пойдет дальше и вряд-ли она остановится. Может быть на океанском берегу, да и то не факт.
- Австралия уцелеет?
- Не факт.
- Печально, - Лис наконец прикурил, затянулся и отдал косяк мне.
- Не то слово.
- Ну а нам что сейчас делать?
- Не знаю, - ответил я. – Объяснить людям, что происходит? Нам не поверят и никто, кроме братьев, не поймет, что такое «мертвая Зона». Даже для вас это только слова. Отстреливать владельцев «глушителей»? Но если начнется торговля ими, то они будут у каждого второго сталкера, не считая каждого первого. Да, их будут использовать только во время выбросов, но это еще хуже. Я думал над тем, чтобы задействовать антенны «выжигателя». Включать их иногда во время выброса, как импульсное оружие. Если уничтожить включенный прибор прямо на его хозяине, этот самый хозяин с очень большой вероятностью погибнет, или зомбируется.
- Ты же говорил, что приборы будут у каждого второго.
- Да, трупов будет много. Но если не остановить это, их будет на порядки больше. А если «глушители» окажутся рядом с Кристаллом…
- Вообще плохо?
