— Привет, док. — Услышав, что сказал ему медэксперт, он изменился в лице. — Не может быть. Наверное, в лаборатории ошиблись. Вы уверены? О Господи! — Повесив трубку, Берч некоторое время сидел неподвижно. — Невероятно, — вздохнул он, поднимаясь на ноги. — Это звонил главный медэксперт. Они провели анализ ДНК всех этих младенцев. Дети никак между собой не связаны. У всех разные отцы и матери.
— Как же это может быть? — удивился Назарио.
— Так, значит, Нолан не… — начал Корсо.
— Мы опять на мели, — подытожил Берч.
— Кики была права, — заметил Назарио. — Она пыталась нас убедить, что он вовсе не чудовище. Сержант, давайте поговорим со Скаем. Он ведь играл в тоннеле в тот вечер, когда убили его отца. Может быть, он вспомнит, стоял ли там этот сундук. Если же его там не было, значит, кто-то спрятал его уже после того, как семья покинула дом.
— Парнишке было всего девять лет, — возразил Берч. — Моему сыну тринадцать, но и он никогда не помнит, где оставил свои ботинки десять минут назад.
— Попытка не пытка, — сказал Назарио.
— Но если кто-то принес сундук позже и Ноланы о нем ничего не знали, почему эти дамочки так юлят? Они явно что-то скрывают. Наверняка.
Из кабинета появилась Райли.
— Как? Вы еще здесь? Ничего лучшего не нашли, как стоять и чесать языки? Я же велела вам привести этого субъекта. А кто-нибудь видел сегодня Стоуна? — Она огорченно вздохнула. — С утра не везет.
— Не тебе одной, — утешил ее Берч.
— Бабуля! Бабуля! — Опустившись на колени, Стоун попытался нащупать у старушки пульс. Она дышала. Когда он осторожно перевернул ее на спину, она открыла глаза. — Ты в порядке, ба? Прости меня, прости! Скажи что-нибудь. Ну пожалуйста.
Неужели у нее удар? Пила ли она таблетки от давления? Последнее время он забывал напоминать ей об этом. Если это инсульт, то надо срочно действовать. Что там говорил ее доктор? Стоун стал судорожно вспоминать, какие вопросы надо задавать, чтобы определить наличие инсульта.
— Бабуля, улыбнись. Ты можешь мне улыбнуться?
У нее чуть дрогнули уголки рта. Она ласково посмотрела на него.
— Хорошо, хорошо.
Лицевые мышцы в порядке.
— А теперь постарайся поднять руки.
Бабушка подняла правую руку, потом левую.
Руки тоже в порядке.
— Отлично, милая. Скажи что-нибудь. Какое-нибудь простое предложение.
— Да полно тебе, Сонни. Помоги мне подняться.
— Очень хорошо.
Она говорила без запинки.
— Бабушка, скажи мне, кто сейчас президент Соединенных Штатов?
— Дюбуа. Прекрати свои глупые вопросы и помоги мне подняться.
Стоун раскрыл мобильник, чтобы набрать 911.
— Я вызову «скорую помощь», чтобы они тебя посмотрели.
— Ну вот еще, — запротестовала она, садясь. — Не хочу, чтобы сюда вломились чужие люди и переполошили всех соседей. Там было очень жарко, и у меня немного закружилась голова. Сейчас уже все прошло.
— Ты уверена? — с сомнением спросил он.
— Да. Просто я потеряла равновесие, когда вставала со стула.
Подняв ее шлепанец, Стоун усадил бабушку в ее любимое кресло, подставил ей под ноги скамеечку и надел тапочек на маленькую ногу.
— А ты лекарство выпила?
Она заколебалась.
— Может, и забыла. Боялась, что выпью дважды.
— Я звоню твоему врачу.
— Не беспокой его понапрасну. Он занятой человек.
— Я куплю тебе дозатор для таблеток с отделениями для каждого дня недели. Тогда ты точно будешь знать, когда пила лекарство последний раз. Давно собирался купить тебе такой. А что ты делала, когда у тебя закружилась голова? — спросил Стоун, смахнув паутину с бабушкиного плеча. — Ты сказала: «Там было очень жарко». Где?
Она виновато посмотрела на него.
— Я поднималась на чердак. Там так пыльно и душно…
— Что?
Чердачный люк располагался в потолке кладовки.
— Ты поднималась по стремянке к потолку? Ты же обещала никогда не залезать на нее одна. А если бы ты упала? Разве я не достал бы тебе с чердака все, что ты хочешь?
— Не хотела тебя утруждать, пока не убедилась, что эта вещь все еще там. Я давно собиралась выбросить ее или сжечь.
— Какая вещь?
— Коробка с бумагами твоего отца. Может быть, ты найдешь там что-нибудь стоящее. А может, и нет. После похорон я пошла в ресторан, чтобы забрать вещи твоих родителей. Сложила их в картонную коробку и отправила на чердак.
— А что там? — прошептал он.
— Бумаги, какие-то документы, — пожала плечами она. — Но сначала их просмотрел Рей Гловер. Сказал, чтобы я их сохранила.
Пройдя за бабушкой в спальню, Стоун поморщился при виде стремянки, приставленной к стене возле кладовки. На аккуратно заправленной постели стояла пыльная картонная коробка.
— Может, ты что-нибудь там и найдешь, — сказала бабушка, кусая губы. — Знаешь, я так горжусь тобой, Сонни, но иногда мне становится страшно.
— Да что ты, ба. Я ведь умею постоять за себя. Ты же сама меня этому учила.
Она грустно улыбнулась:
— Просто не хочу тебя потерять, как потеряла твоего отца и Энни. Я ведь не за себя боюсь, а за тебя. Поэтому и не хотела тебе ничего говорить. Каждый день молю Бога, чтобы он защитил тебя. Не будем больше ссориться, Сонни. Не думай, что мне все равно. Я буду помогать тебе всем, чем смогу.
