В тот же миг тот монах, которого она осыпала пеплом, выпрямился и стоял прямо перед ней. Повернувшись, Авдотья стала как вкопанная. Тварь подняла старуху над землей на высоту примерно метра полтора. В воздухе громко послышался хруст.
Мы не добежали метров сто, наблюдая за всем происходящим. Маша упала на землю в слезах. Она встала и хотела продолжить бежать к Авдотье, но Антон ее остановил. Двое монахов, поместив между собой в воздухе старуху на высоте около метра, направились обратно в лес, левитируя над землей. Те твари, которые остались, направились в нашу сторону.
– Этого не может быть! Мы же под защитой! – начала пятиться назад Маша.
– Судя по всему больше нет, – взяв под руку Машу мы с Антоном начали отходить назад.
Из леса начало появляться все больше и больше тварей. Монахи, псы, их становилось все больше.
Судя по всему, Авдотья не успела закончить ритуал, и поэтому барьер вокруг деревни слишком ослаб. Сначала твари приблизились к тому месту, где, похоже, проходила черта барьера. Один из монахов выплыл впереди всех и медленно поднял руку, будто бы щупая что–то невидимое. Он прикоснулась к чему–то, и мы все увидели барьер. Тонкая пленка, натянутая вдоль всей границы деревни. После касания монаха она воспламенилась и за несколько секунд с хлопком исчезла.
У нас больше не было защиты.
Тварь, выплывшая вперед, начала движение. Остальные твари двинулись за ней. Псы ускорялись, монахи плыли с привычной скоростью. Мы начали бежать назад к дому Палыча.
– Люди, БЕГИТЕ! – в панике кричала Маша.
В домах загорался свет. Люди, выходящие на улицу, увидев все что происходит, начали бежать из домов в том, в чем были одеты. Они еще не понимали, что бежать некуда.
Мы добежали к дому Палыча гораздо быстрее, чем бежали на опушку леса. Маша упала прям у крыльца, зовя отца. Палыч вылетел из дома с топором в руках:
– Что стряслось? – спросил он, но посмотрев в сторону леса его глаза округлились. Со стороны леса плыли злые тени, не предвещающие ничего хорошего.
– Боже… – все, что смог произнести Иван Палыч.
– Маша, беги скорее в дом Авдотьи. Забери книгу, нам нужно бежать, –обратился к ней я.
– Она у меня дома. Авдотья последнее время учила меня всему, что знала сама. Она понимала, что не имея потомков, ей некому будет передать знания для защиты нашей деревни, – рассказала Маша.
– Дочь, так ты…? – удивленно и напугано спросил Палыч.
– Да, пап. Я ученица ведьмы. Позже все обсудим, нужно бежать отсюда, – кричала Маша, забегая в дом.
В деревне начинался хаос. С улицы был слышен крик людей. Видимо твари уже были в деревне и начали свою кровавую жатву.
Я, Антон, Иван Палыч, Лера и Саша уже ждали Машу у дома.
– Бежим в сторону дачного поселка, там есть где спрятаться, – решил на ходу я.
Мы направились вдоль домов в сторону дач. Пробравшись вдоль забора мы выбрались на улицу. Вид на улице был кошмарный. С того места где мы находились можно было видеть центр деревни. Именно там столпилось большинство местного населения. Мужчины, женщины, дети, старики. Их начали окружать твари. Мужчины старались отмахиваться с помощью вил и палок в виде пик, но некоторых выхватывали псы и разрывали на части.
– Бегите дети, я их задержу. Не могу я бросить своих людей, – Палыч взял топор и двинулся в сторону центра.
– Отец, я с тобой, – сказал Саша.
– Нет, сынок. Помоги сестре. Ты ей нужен, – останавливал его Палыч.
– Вы не причините им вреда. Мы уже пробовали, – пытался я убедить Ивана Палыча.
– Я знаю, но я не могу бежать как трус, – еще более грустно ответил он.
Сзади послышался хруст дерева. Прямо из–за забора на нас направлялось несколько псов и монахов. Единственно направление, куда мы могли бежать – это был центр.
Мы всей толпой побежали к толпе людей. Приблизившись метров на пятьдесят мы остановились. Перед нами был круг из монахов и псов. Сзади нас догоняли твари. Бежать было некуда. Вдруг послышался громкий гул мотора и толпу осветил яркий свет фар.
Глава 11. Помощь
Я видел, как людей в центре по одному вытаскивали псы и разрывали в клочья. Было слышно крики и мольбы о помощи. Свет фар, ослепивший нас, приближался с дикой скоростью. Монахов и псов, стоявших на пути, в мгновение ока давил грузовик. Это был камуфлированный военный ЗиЛ–131.
Когда я был маленький, я часто ездил к деду на работу. Мой дедушка был генералом, поэтому и в оружии, и в технике я разбирался довольно хорошо. Иногда даже удавалось пострелять на полигоне с солдатами.
Из тентованного кузова ЗиЛа начали выпрыгивать военные, которые сразу же начали стрелять в тварей. Я заметил, что военные применяли зажигательные снаряды, потому что когда они входили в монахов оставался огненный след. Эти пули на монахов действовали совсем иначе. Если обычные пули лишь останавливали их на короткий промежуток времени, зажигательные поджигали их балахоны, а пули, входящие в голову, зажигали их капюшоны. Монахи издавали жуткий визг, вызывающий отвращение. Этот звук пробирал до души, но зрелище того, как эти твари корчатся от боли, меня не могло не радовать.
