— Я прекрасно понимаю, о чём я прошу тебя. Я прошу тебя стать моей женой. Ты согласна?
— Северус… — я наклонила голову набок, и в моём голосе появились нотки печали. — Я уже сейчас вижу, что ты пожалеешь об этом впоследствии. Не надо. Сколько мы с тобой знакомы? Сколько ты меня знаешь? Полгода? Два месяца?
— Это неважно, — так же невозмутимо ответил он, неотрывно смотря на меня чарующе-чёрными глазами. — Не важно, сколько мы с тобой знакомы, Тина. За это время я узнал тебя достаточно хорошо, чтобы больше не отпускать от себя.
— Не отпускай. Я никуда не уйду от тебя. И брак здесь совсем ни при чём.
— Нет, — теперь была очередь Северуса качать головой из стороны в сторону. — Для меня это очень важно. Я хочу семью, Тина. С тобой.
— У нас она будет, — пообещала я, и он снова с надеждой в голосе спросил:
— Значит, ты согласна стать моей женой?
— Нет. Северус, поверь мне, не надо… не надо больше задавать мне этот вопрос. Ничего нового ты больше не услышишь.
— Это из-за Тома? — с вызовом поинтересовался Северус, и я сразу резко выдохнула:
— Нет. Это не из-за него. Он тут вообще ни при чём.
— Тогда почему?
— Северус, брак — это всего лишь законный способ разделить при разводе накопленное имущество, и всё. А мы с тобой достаточно умные люди и сможем договориться, если вдруг настанет такая необходимость. Ничего другого я в нём больше не вижу.
— Разве вы с Томом что-то делили? — он упрямо продолжал задавать вопросы, но я старалась сохранять спокойствие.
— Нет. У нас были в совместной собственности огромный особняк в центре Лондона и вилла на Лазурном берегу, но ни Том, ни я за все эти годы так и не заявили права собственности на них после… после того, как всё произошло. Теоретически я внучка… эм… себя, то есть всё это принадлежит мне по бумагам, но… я сильно сомневаюсь, что найду в себе силы когда-нибудь зайти в наш старый дом. Паттерсон следит за особняком, следит за тем, чтобы его вовремя ремонтировали, следит за чистотой внутри, приносит корреспонденцию оттуда, но я сама никогда не смогу заставить себя туда зайти.
— Чего ты боишься, Тина? — опять с вызовом спросил Северус, прижав меня к себе ещё крепче. — Ты боишься развода? Боишься, что я брошу тебя?
— Нет, не боюсь, — всё с прежним спокойствием ответила я, приобняв его за плечи. — Я просто не хочу. Пожалуйста, давай…
Но он резко перебил меня, обхватив моё лицо горячими ладонями:
— Нет, мы не закроем эту тему, пока я не получу ответы на все мои вопросы.
— Ты уже получил их. На главный — точно.
— Этот ответ не устраивает меня, — твёрдо заявил Северус, продолжая пристально вглядываться в моё лицо. — Я хочу услышать другой.
Я только молча помотала головой, прекрасно понимая, что мы зашли в тупик, причём глухой. Но Северус упрямо не хотел смириться с этим печальным обстоятельством, поэтому продолжал настаивать на своём:
— Неужели мне нужно довести тебя до такого состояния, чтобы ты согласилась быть моей женой мне назло? Неужели ты не можешь пойти под венец по своей воле? — полушёпотом поинтересовался он, продолжая держать в ладонях моё лицо.
— Наверное, нет, — сразу согласилась я, уже устав повторять слово «нет». — Не могу.
— Хорошо, давай попробуем по-другому, — поняв, что я не собираюсь отступать, тихо предложил Северус. — Сколько тебе нужно времени, чтобы основательно подумать над этим вопросом?
— Нисколько, — невозмутимо сказала я, поджав губы от осознания того обстоятельства, что этот мой ответ тоже не остановит упрямца. — Я могу сейчас ответить тебе, и мой ответ не изменится ни через год, ни через десять.
— Я не собираюсь ждать десять лет, Тина.
— Том ждал целых семь, — спокойно напомнила я, видя, что он тоже не собирался отступать от своей цели хотя бы на миллиметр.
— У него было достаточно времени в запасе. Ты же сама сказала, что ему было всего двадцать шесть, когда вы поженились?
— Северус, тебе же всего… — недоуменно начала говорить я, но тот меня перебил, ещё немного ближе наклонившись ко мне:
— Тина, мне не «всего», а «целых» тридцать шесть лет. И для меня время течёт совсем не так, как для тебя или Лестата, если ты об этом забыла. Я хочу семью. С тобой. Дети моих однокурсников в ближайшие несколько лет уже окончат школу, а я всё это время терпеливо ждал. Тебя ждал, Тина. И не семь, а целых пятнадцать лет. И больше ждать я не собираюсь.
Я изумлённо посмотрела на Северуса, но он продолжал со сталью в глазах смотреть на меня. В этот момент я поняла, что он ни за что не отступит. И это ещё больше удивило меня: «Откуда вдруг у него появилась такая внутренняя уверенность?..»
— Мы сможем закрыть эту тему на сегодня, если я пообещаю тебе подумать над этим? — осторожно задала я вопрос в надежде хоть как-то сдвинуться с мёртвой точки и выиграть время для раздумий.
— Это будет тем самым обещанием, про которые меня только что предупреждал Лестат? — насмешливо уточнил Северус, убрав руки от моего лица и обхватив меня за талию, и я расслабленно улыбнулась.
— Нет. Я действительно подумаю насчёт этого всего. Честное слово. Дай… дай мне… полгода.
