Да, я уже давно ждала повода, чтобы воспользоваться своим желанием, ради которого, собственно говоря, и прыгнула тогда в ледяную прорубь. И вот наконец он представился. Теперь, когда все прекрасно знали, с кем отныне связана моя судьба, причём не на словах, а более крепкими узами, я могла уже не бояться, что моё маленькое прикрытие вдруг исчезнет.
Как я и обещала, в среду с утра Пьюси с остальной своей корреспонденцией получил и небольшое письмо от меня с весьма чёткими инструкциями к действию. В то время как он читал его, я отчётливо заметила на лице красавца непередаваемую словами гамму эмоций, прямо свидетельствовавшую о том, что моя подруга будет отомщена в полном объёме, а для него это будет превосходный урок, что нужно внимательно следить за словами. И не спорить больше на желание с такими сумасшедшими, как я. Дочитав до конца, Пьюси со страхом в глазах посмотрел прямо на меня, но я многозначительно улыбнулась в ответ, как бы говоря, что если он не выполнит то, о чём я написала, то будет последним трусом на земле. А гордый слизеринец явно не мог допустить себе такого титула.
Основное действо должно было произойти перед обедом, когда у Пьюси было занятие по Защите от Тёмных искусств. Я даже специально отпросилась у Трелони пораньше, чтобы прибежать к главной сцене и не пропустить ничего интересного. Я действительно проработала свой план до мелочей и сейчас сквозь небольшую щёлку в дверях кабинета могла наблюдать за его исполнением.
Вот прозвенел колокол, и гордый красавец, взяв букет шикарных красных роз в руки, который он должен был найти в одном из пустых классов неподалёку, подошёл к преподавательскому столу, а все наблюдатели, включая меня, замерли в ожидании. Пьюси встал перед розовым недоразумением на одно колено, протянул ей цветы и произнёс заученный наизусть текст, в котором объяснился в самых искренних чувствах к преподавателю Защиты от Тёмных искусств. Амбридж, как обычно с мерзкой ухмылочкой на лице, кокетливо засмеялась в ответ, когда тот закончил свою пламенную речь, и приторно сказала, что всё это, конечно, невозможно, но ей приятно такое внимание к себе. Вот волшебница, больше похожая на жабу, взяла в руки букет и поднесла к лицу, чтобы ощутить аромат прекрасных цветов.
Нет, цветы действительно прекрасно пахли, правда, было одно «но». Наколдовать их я попросила близнецов Уизли, а они, услышав, для кого именно предназначались эти розы, предложили пропитать их одним из своих новых составов для фейерверков, чтобы «признание было более зрелищным». Я не смогла отказаться от такого заманчивого предложения усилить романтику события, и сейчас на моих глазах происходил заключительный акт этой маленькой пьесы.
Как только Амбридж глубоко вдохнула пыльцу красных роз, из цветов тут же вылетели маленькие яркие искорки, начавшие оглушительно взрываться вокруг её головы. Она, завизжав от страха, отбросила букет в сторону, и он моментально разлетелся на десятки небольших фейерверков, которые, искрясь и переливаясь, беспорядочно разлетелись по всему классу и с грохотом взрывались в самых неожиданных местах. Поскольку всё это действо заняло минут десять, не меньше, то на такой громкий шум сбежались все студенты, у которых были занятия поблизости. Всё это время я неотрывно смотрела на вполне искреннее выражение ужаса на лице Пьюси, который вовремя отошёл от преподавательского стола и теперь наблюдал за последствиями своего «признания». А поскольку Амбридж уже начала вполне себе громко визжать на весь класс от всей этой феерии, он счёл нужным вовремя удалиться из кабинета.
Когда Пьюси с красно-белым лицом вышел из класса под дружный смех своих однокурсников и не только, я, казалось, смеялась громче всех, ведь сейчас было два удовольствия в одном наблюдать и за позором слизеринца, и за отчаянным испугом Амбридж. Пьюси, увидев моё безудержное веселье, быстро подошёл ко мне, разгневанно смотря прямо в глаза, но не успел высказать всё, что обо мне думал, так как в именно тот момент я услышала возглас за своей спиной:
— Мисс… Велль!
Я невозмутимо повернулась к обладательнице голоса и увидела перед собой профессора МакГонагалл, быстро направлявшуюся в нашу с Пьюси сторону. Но та тоже не успела начать возмущаться, так как из класса выбежал разъярённый главный инспектор Хогвартса.
— Мистер Пьюси, ко мне в кабинет, немедленно! — завизжала на весь коридор Амбридж, вся в копоти от чудесных фейерверков близнецов, и направилась прочь от нас по коридору в сторону своего логова.
Я ещё сильнее рассмеялась от внешнего вида этой надоедливой жабы, а профессор МакГонагалл тем временем обратилась к Эдриану:
— Мистер Пьюси, сразу же после обеда я жду вас уже в своём кабинете. И вас… мисс… Велль… я тоже жду там же и в то же время!
— Как скажете, профессор МакГонагалл, — всё ещё посмеиваясь, беспечно ответила я, а Пьюси только обречённо кивнул и направился в сторону обители гламура и котиков.
