Я озадаченно посмотрел на Лили, а та, тоже немного подумав, вдруг радостно воскликнула:
— Париж! Я никогда там не была! Может, съездим?
— Конечно, — со смехом согласился я, а после взял в руки чек, но, увидев сумму, написанную на нём, окончательно потерял дар речи.
— Господи… — выдохнула моя жена, тоже увидев цифры. — Он… настоящий?..
— Да… — еле-еле выдавил из себя я. — Предлагаю… предлагаю съездить, но столько мы точно не потратим… предлагаю вернуть остаток вместе с ключами.
— Хорошо, я согласна, — широко улыбнулась Лили. — А как вернёмся, обязательно потребуем объяснений!
— Прекрасный план, миссис Снейп, — рассмеялся я в ответ и вновь принялся целовать свою молодую и такую прекрасную супругу.
***
Через три месяца мы вернулись в Лондон и первым же делом решили отдать ключи хозяевам и искренне поблагодарить за потрясающий отпуск. Хотя я и сам работал целителем, но был немного удивлён, попав в магловскую больницу, ведь она была совсем непохожа на больницу святого Мунго. Минут десять точно мы потрясённо осматривались по сторонам, а потом к нам подошла приятная молодая женщина в белой пижаме.
— Могу я вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовалась она.
— Да, — придя немного в себя, ответил я. — Нам нужен… профессор Реддл.
— А из какого отделения? — уточнила она, и я призадумался, поскольку мне казалось, что здесь работал только один человек с таким именем, но Лили сориентировалась быстрее меня и сказала:
— Из нейрохирургии.
— Хорошо, я вас поняла. Следуйте за мной.
И мы послушно последовали за нашей проводницей. Поднявшись на лифте на четвёртый этаж, она повела нас по коридорам-лабиринтам, а навстречу нам всё время попадались люди в разноцветных пижамах. Наконец, мы прошли почти весь этот лабиринт, и она указала нам на дверь.
— Это их кабинет.
Мы с Лили переглянулись, а в этот момент к нам подошёл парень в тёмно-синей пижаме и с сединой на висках.
— Ребята, вернулись-таки! Как я рад вас видеть! Тина уже вся извелась, ожидая вас! — воскликнул он, а потом обратился к нашей проводнице: — Спасибо, Луиза, ты можешь идти.
— Да, профессор Реддл, — вежливо попрощалась она, а потом опять скрылась в лабиринте коридоров.
— Так, позвольте представиться, профессор Томас Реддл, нейрохирург, — парень протянул мне руку, и я крепко пожал её в ответ.
— Северус Снейп, а это моя жена, Лили Снейп, — я представил сначала себя, а потом и Лили. — Откуда?..
— Ребят, давайте сначала зайдём в кабинет, а то Тина очень долго вас ждала! — рассмеялся в ответ профессор Реддл, а затем открыл дверь кабинета, и до нас донёсся грозный женский голос:
— Чтобы отчёты были завтра с утра на моём столе, с такими препаратами нужно быть аккуратнее!
— Что случилось? — невозмутимо поинтересовался он, а из кабинета в это время вышел другой мужчина в зелёной пижаме и с невыразимой гримасой на лице.
— Опять что-то напутали в документах, да когда же это прекратится?! — разъярённо начала возмущаться девушка со шрамом на левой щеке и в мятной пижаме, сидевшая за массивным столом в углу кабинета, но, заметив нас, радостно воскликнула: — Северус, Лили, вы вернулись!
— Дорогая, не надо… вставать… — произнёс профессор Реддл, но было уже поздно: Тина встала со своего места и медленно подошла к нам, а мы поняли причину беспокойства её мужа. Миссис Реддл была очень глубоко беременна, но это всё же не помешало ей подойти к нам и крепко обнять каждого.
