Расслышав или почувствовав некое движение за спиной, довольно неожиданное в такой час, Мелори резко, испуганно развернулась и нечаянно скинула со стола книжку в ярко-синей обложке - ту самую, которую они читала до моего появления.
- А, это вы. - Облегченно выдохнула она, узнав меня. - Хорошая ночь.
И наклонилась подобрать упавший фолиант.
Я успел первым: одним движением руки мягко пролевитировал ее на стол - причем умудрился открыть ту же самую страницу, на которой остановилась девушка до моего не особо вежливого вторжения.
'Показуха' - немедленно пронеслось в голове.
- Хорошая ночь, миледи. - Наплевав на совесть, с радостной улыбкой поздоровался я в ответ. - Любите легенды?
Книжку я узнал: легенды магов Нортайла и Элринга, авторства, разумеется, все тех же магов. Хорошая, не раз сам открывал ее из интереса - собственного, а не вызванного делом. Особенно мне понравилась одна глава, повествующая про могущественную Сайонарис Безликую, темную ведьму Древнего Мира, одну из сильнейших в своем роде, впоследствии бесследно пропавшую и не оставившую после себя ни единого изображения.
Здесь следует упомянуть, что темный маг вовсе не означает злой. Маленькую Сай, с таким усердием лечившую мою замерзавшую руку, назвать плохой не представлялось ровным счетом никакой возможности. Темный маг означает способный управлять темной материей и темной энергией - наравне с окружающими нас обыкновенными. Именно поэтому темные маги считались более сильными, чем светлые.
К счастью или к сожалению, темная магия, как и многие другие сокровенные знания и умения Древних, была утрачена сотни тысячелетний назад. Казалось, безвозвратно.
- Спасибо, Альвер. - Поблагодарила Мелори и почему-то смутилась.
Меня как будто ударило энергетической волной. Очень редко леди называла меня по имени.
Да, люблю. - Наконец ответила она, старательно отводя глаза.
Но чего тут стесняться? Отличное увлечение. Сам временами с концами утопаю в старинных сказках и легендах.
- Что мне еще остается. - Девушка грустно улыбнулась.
Я прислушался и вопросительно посмотрел на нее.
- Остается?
- Вы, наверное, не в курсе... - негромко проговорила она. Вздохнула и добавила. - Я же не дружу с магией. Нисколько.
Было видно, что признание далось ей тяжело.
Да, я же совсем забыл. Мелори Арвейм не обладала магическими способностями.
Любая другая девушка могла бы на ее месте обозлиться на весь Мир, волшебный по своей сути, на собственного любимого брата, располагающего огромным запасом сил, но леди Мелори свою досаду превратила в страсть к изучению сказок и легенд. Мне оставалось только восхищаться: боюсь даже представить, как бы в такой ситуации поступал я сам.
Помнится, некоторые исследователи, весьма уважаемые в историческом обществе, предполагали и даже пытались доказывать, что младшая леди Арвейм на самом деле владела магией, только искусно это скрывала. Перечисляли возможные причины и мотивы, среди них, кстати, было и желание сбежать из-под родительской опеки, и ведение двойной жизни (подобрали и неизвестную никому ведьму, кем теоретически могла являться Мелори), и даже применение запрещенных видов колдовства.
В устах исследователей, уверенно излагающих свою позицию во время научных конференций, все это звучало довольно логично и правдоподобно, но все их предположения разбивались вдребезги при виде одних глаз Мелори Арвейм.
Она не обманывала. Да, она могла бы быть величайшей в Мире актрисой, но аура - та самая, которую я недавно видел в коридоре - в очередной раз подтверждала ее честность.
- Я могу сесть? - враз растеряв всю наглость, спросил я.
- Конечно. - Девушка как будто удивилась моему вопросу.
Я опустился на диван - тот самый, на котором сидел в Древнем Мире, с ног до головы обложившись кучей подушек, горами бутербродов и морем чая, тот самый, где я провел множество вечеров уже долгие годы спустя.
Неожиданно Мелори встала со своего места и села рядом со мной.
- Знаете, найт, - тихо произнесла она, не поднимая глаз. - Это всегда было очень странно. Я - единственная в нашей семье, кто абсолютно лишен магической силы. Мне не подвластен даже простенький телекинез, с которым играют маленькие дети.
В ее голосе звучала горечь. Я слушал внимательно, не перебивая и пока что ничего не спрашивая. Дочери лордов просто нужно было выговориться человеку, который выслушает и не станет смеяться - и без разницы, кем он окажется. А я был готов стать таким человеком.
