Кстати, при разговоре о моем диване шеф всегда мечтательно закатывал глаза, явно намекая (а частенько говоря и прямым текстом) на то, что не прочь бы его забрать в свой кабинет — на вечное пользование. Однако я держался стойко. За спинку вышеупомянутого дивана, отчаянно взывая ко временно отсутствующей совести своего хитрого работодателя. Впрочем, несмотря на наше постоянное противостояние, диван все еще оставался в моем распоряжении — хочется верить, что надолго. Я гордился этой своей небольшой моральной победой, и, как мне временами думается, совершенно зря: если бы Рифард на самом деле так жаждал его заполучить, как старался то показывать, заполучил бы уже давно и без лишних разговоров. Так что мне оставалось только смириться с непредсказуемым и довольно вредным характером шефа, подыгрывая ему в его шутках. Не могу сказать, что мне это не нравится, — вовсе наоборот. С большим количеством неординарных происшествий и таких же неординарных представителей человеческого рода на работе жить становится сразу как-то веселей.
— Почему. Вы. Оба. Такие. Громкие. — раздался недовольный голос из другого конца комнаты. Это-то и вернуло меня из собственного мира воспоминаний в реальный мир — если, конечно, так вообще можно сказать про внезапно окружившую нас действительность.
— О, завтрак! — интонации говорящего сразу изменились: с не предвещающих ничего хорошего до весьма радостных. По всей видимости, мой друг, ранее не то чтобы сильно довольный своим пробуждением, решил пересмотреть свои взгляды и в итоге сего процесса очень обрадовался сложившемуся положению дел.
Секунду спустя обладатель голоса собственной персоной уже сидел за нашим импровизированным обеденным столом и взирал на принесенную пищу с не меньшим удивлением, чем совсем недавно это делал я.
— Это вкусно! — мы с Сай заверили его в один голос, не дожидаясь, пока тот произнесет свой неозвученный вопрос вслух.
— Вы уверены? — лицо Криса выражало некоторое недоверие.
Я, очень тонко намекая, пнул его ногой. Хотел сделать это незаметно, но все, как оно обычно и бывает, вышло немного не так, как предполагалось изначально: девочка, естественно, все заметила. Однако не показала никакой обиды — ни на меня, ни на Криса. Просто пожала плечами и ненавязчивым движением руки отправила полную еды ложку моему коллеге в рот, пока тот ничего не успел сообразить, морально отходя от моего предательского пинка.
— Я уверена, я сама готовила, — Сай мило улыбнулась и продолжила свою трапезу.
Крис, потрясенный и одновременно до жути довольный неожиданным вероломством двенадцатилетней девочки, молча прожевал еду. И точно так же молча положил себе добавки. Много добавки. К слову, поднос, изначально забитый вкусностями до предела, после наших совместных усилий выглядел каким-то пустым и осиротевшим.
— Так зачем вы сюда переместились? — наконец спросила Сай. Без какого бы то ни было намека, без, тем более, укора — просто любому магу в той или иной мере присуще любопытство, без исключений. Такова наша природа.
Тем более, она — хозяйка этого места, ей интересоваться целью присутствия на ее территории каких-то левых подозрительных типов, чьи рюкзаки доверху наполнены разнообразными магическими игрушками вперемешку с множеством вручную исписанных блокнотов, нужно было в первую очередь, еще вчера. Однако она без разговоров на эту тему привела вышеупомянутых левых подозрительных типов в свой дом, до отвала накормила обоих, да еще и вылечила одного из них — детская наивность? Не думаю.
Вылечила. Кстати, как там моя рука.
— Ну, мы…
— Понимаешь…
Мы с Крисом начали говорить одновременно — и оба замолчали в один и тот же момент. Потому что совершенно не знали, что сказать. Конечно, был вариант озвучить полную правду и потом чувствовать себя по этому поводу несколько смущенно: потому что, словно оправдываясь, говорить «я нечаянно» человеку, который в десять раз младше тебя, это как-то…
— Альв нечаянно, — с совершенно невинным видом проговорил Кристон.
Вот подлюка, а. Нет, чтобы разделить со мной участь виновного, поддержать товарища в намечающихся важных переговорах с единственным (и, естественно, неповторимым) представителем местной общественности.
— Чтоооо? — я попытался изобразить праведный гнев. Получилось, каюсь, из рук вон плохо.
— Но это же правда был ты, — пожал плечами мой так называемый друг, еле сдерживая вырывающуюся наружу улыбку — Ты же напутал руну. Вот мы тут и оказались.
Он не выдержал и рассмеялся. Меня тянуло захохотать вместе с ним, но я мужественно сдерживался, зачем-то стремясь отстоять свою невиновность. Привычка суровых студенческих лет, что поделать.
— Я напутал только ту руну, которая нужна была для перемещения туда, на тридцать тысяч лет. С обратным направлением все было нормально.
И задумался. А в самом ли деле я настолько уверен, что все сделал правильно? Я обнаружил только одну ошибку, а потом мои поиски были грубо прерваны этим насмехающимся… бывшим сокурсником. Но что бы было, продолжи я внимательно перечитывать свои записи?
