«Они»? Все может оказаться еще любопытнее, чем я подозревал.
— А никто тебя и не раскрывал, — миролюбивым тоном ответил я. — Я даже не знаю, кого ты имеешь в виду. Ты раскрыл себя сам.
Не перейти на «ты» после такого шикарного знакомства было бы просто кощунственно. И плевать на то, что я говорю с потомственным лордом. Когда я с ним дрался, меня этот факт как-то не особо смущал.
— Кто ты? — с не самым дружелюбным выражением лица спросил Оринделл, ненавязчиво пытаясь отодвинуть сестру в сторону. Но Мелори стояла на своем месте, упершись каблуками в пол, и поддаваться не собиралась.
Хотя бы мое славное начинание с переходом на менее официальное обращение было поддержано — уже какое-никакое, а достижение.
Тем не менее, я — угроза. Мне не доверяют, от меня защищаются. А, в некоторых случаях, лучшая защита — нападение. Однако «в некоторых случаях» — в данном контексте очень важная оговорка.
Мне же почему-то захотелось рассмеяться. Это так запоздало у меня шок наступает?
— Меня зовут Альвер, — представился я, слегка наклонив голову и тем самым демонстрируя, что не представляю угрозы. — Хорошее утро.
Леди Арвейм изучающе смотрела на меня. Я уже было начал смущаться и собирался каким-нибудь образом отвлечь от своей скромной персоны такое пристальное внимание, но девушка заговорила:
— Альвер? Где я вас видела?
— Видели? — я настолько удивился, что разом забыл про свое смущение.
— Да. Может быть, вы уже когда-то к нам приезжали? На какой-нибудь праздник? — предположила она, задумавшись.
Возможно, и загляну еще когда-нибудь, если вы так говорите, подумал я про себя, а вслух, снова вежливо ей поклонившись, ответил:
— Простите, миледи, но я сомневаюсь, что мы знакомы. Я не помню, чтобы бывал здесь раньше. На самом деле, я немного…потерялся.
— Потерялся? — сложив руки на груди, недоверчиво протянул мой будущий шеф. — Но при этом ты оказываешься у нашего дома и говоришь, что знаешь мое придуманное имя, которое никто не должен знать.
Агрессии найт больше не проявлял: убедился, что я не нанесу никакого вреда, по крайней мере, его младшей сестре. Если бы я действительно хотел это сделать, то уже давно воспользовался и возможностью, и своими магическими умениями, возможно, даже превосходящими его собственные, в чем маг отдавал себе полный отчет. Тем не менее, держался он все равно весьма настороженно — и я не мог его за это винить.
— Да. Именно так, — легко подтвердил я. — Я знаю, у вас обоих нет абсолютно никаких поводов доверять мне. Я бы сам не вашем месте сейчас выкинул себя в окно и успокоился. Но… может быть, эта вещь о чем-то вам скажет?
Решение пришло само собой. Такое очевидное и логичное. Гениальное в своей простоте.
Несколько месяцев назад, в день моего рождения, найт Рифард в качестве подарка вручил мне старинный амулет: значительно потускневший от времени и местами поцарапанный, но от того только более ценный, округлой формы, с изящной резьбой и небольшой буквой «А», изображенной на устаревший манер. В тот день я, счастливый именинник, а по совместительству заядлый любитель всего так или иначе относящегося к истории, не принял всерьез вместе с поздравлением сказанную шефом фразу: «Ты только пообещай носить его с собой. Когда-нибудь он обязательно поможет тебе в трудной ситуации». К своему счастью, я все же внял, казалось бы, обыкновенному напутствию и носил амулет то на руке, то в кармане, то на шее, даже не подозревая, что пожелание начальника не было обыкновенным словесным оборотом.
Каким-то невероятным образом я второй раз за утро не глядя попал в точку.
Сняв шнурок с амулетом, я протянул его тому самому человеку, который через много-много лет подарит его мне собственноручно. Точнее, не совсем его — другую версию, чуть более новую. Но все-таки.
Теперь я, кажется, понимал, что означает устаревшая маленькая буковка «А». Меня и раньше интересовал этот вопрос, я даже пару раз спрашивал у шефа, но тот лишь загадочно усмехался и предлагал поискать ответ на этот вопрос в библиотеке. Однако незамедлительно последовавшие длительные поиски, к слову, тоже успехом не увенчались: по всей видимости, этот небольшой знак мог иметь огромное значение, но только для определенного круга лиц, который не очень-то желал выставлять это на всеобщее обозрение.
Оринделл взял подвеску, около минуты внимательно ее рассматривал и только после этого перевел взгляд на меня — и смотрел уже иначе.
— Это один из наших зачарованных знаков, — опознала его леди Мелори. — Существует всего три таких: у нас двоих и Амелин. Но этот просто не может принадлежать Амелин…
Девушка обращалась даже не ко мне. К брату или, скорее, к самой себе. Через пару секунд она задумчиво добавила:
— Он как будто…старый?
— Да, ему сейчас много лет, — подтвердил ее догадку я. — Я и правда в каком-то смысле потерялся.
— Но это совсем не значит, что тебе можно доверять, — прищурился золотоглазый маг. — Наоборот, я бы сказал.
Что же вы, многоуважаемый шеф, такой упрямый и неверующий?
