Пе'трович не возражал. Дата начала эксперимента была назначена на двадцать пятое мая. Всё, что требовалось от Влади'слава, это взять с собой пациента и в кратчайшие сроки вернуть его целым и здоровым. Однажды он уже практиковал подобное путешествие, но в случае с Маканским, вернулся он оттуда один. Сейчас, ни в коем случае, нельзя было допустить ничего подобного, никаких форс-мажорных обстоятельств... ничего, что могло бы подорвать его репутацию, как учёного, так и человека, в общем смысле этого слова. И в этом ему должны были помочь тени. Вся надежда была на Антона Дмитриевича и его свиту.
"Анжелика, я умру без тебя".
Влади'слав волновался. С каждым днём всё сильнее и сильнее, и этому обстоятельству было, вполне, разумное объяснение: в любой момент, тени могли предать его. Предать? Да, они могли его просто бросить!
"Анжелика, умоляю, вернись!".
Но всё это было неважно по сравнению с тем чувством, которое теперь вызывало у него одиночество. Это бесконечная череда дней, сменяющихся и уходящих навсегда в прошлое. Это невыносимое чувство тоски и постоянной тревоги.
"Неужели, вся моя жизнь - сон? Я ведь знаю, что ты существуешь!".
**************
Наступил две тысячи третий год. Весь "учёный" мир был в ожидании возвращения Влади'слава Пе'тровича. Хотя, скорее, больше ждали чуда, которое должно было произойти по его возвращению, а именно.... Все ждали пациента, с которым он исчез почти два года назад. И надо сказать, что чудо произошло.
Девятнадцатого июня, в пригороде Воронежа, два человека сели в, остановившийся перед ними грузовик, за рулём которого был водитель-дальнобойщик, Иван.
- Вам в город? - вежливо спросил он, когда они расположились справа от него.
- Да, если это возможно, - ответил Пе'трович.
- В мире нет ничего невозможного, - с улыбкой бросил парень и включил первую скорость. Огромная фура, очень плавно тронулась с места и стала набирать скорость.
- Не могу с вами не согласиться, - задумчивым голосом, проговорил человек, сидящий рядом с Влади'славом. Его седые, как пепел волосы, как-то особенно выделялись на общем фоне этого позднего летнего вечера. Глядя на этого человека можно было с уверенностью сказать, что совсем недавно, он пережил тяжелейшее потрясение и испытал невероятный шок. Но этот человек был здоров. По крайней мере, все последующие анализы и обследования, говорили о его прекрасном физическом состоянии. Никаких следов от возможного хирургического вмешательства на его теле обнаружено не было. Организм был чист от всевозможных лекарственных препаратов и антибиотиков. Никаких признаков диабета. Вообще никаких следов того, что в этом теле он когда-либо имел место быть. Мир в восторге. Наука, включая медицину в шоке. Все прекрасно понимают, что это прорыв во всех областях и отраслях... что это ответы на многие вопросы.
"Анжелика, ну, почему ты оставила меня?".
Ни у кого не было сомнений, что на этот раз, Пе'трович станет, не просто лауреатом Нобелевской премии, а он будет её обладателем по праву. Впрочем, так оно и происходит. В ноябре, всё того же, две тысячи третьего года, в Хельсинки, Влади'славу вручают самую высокую награду в области: "Заслуги перед человечеством", и Пе'трович становится самой известной в мире персоной. Но ещё и потому, что он отказывается от материальной стороны премии в пользу детей-сирот и инвалидов, от которых отказались родители.
Вся эта роскошь, слава делают Пе'тровича несчастным вдвойне. Не смотря на то, что в течение дня, он, практически, не остаётся наедине с собой, в его душе поселяется одиночество. Одиночество, которое не скрасить никакими красками жизни, никакими почестями и наградами. Одиночество, которое живёт в тебе всегда, даже, если ты находишься в самом центре внимания, под пристальным присмотром миллионов глаз. Одиночество, вызывающее боль, порождающее ненависть ко всему, что происходит вокруг тебя. И лишь одна мысль не покидает его не на секунду:
"Анжелика!!!".
