Так у Влади'слава Пе'тровича снова началась "новая жизнь", интересная и полная на события. К нему приезжали разные люди, с разными просьбами, со странными капризами - он не отказывал никому. У кого-то из них болело сердце, кто-то хотел вернуть в дом мужа, кто-то просил рассказать ему его будущее, не осознавая и не уважая настоящее, а, тем более, прошлое. И он соглашался.... И он не всегда говорил им о хорошем и счастливом будущем, потому что некоторые клиенты просто не заслуживали такого будущего, они вообще не заслуживали никакого будущего. Он говорил им, порой страшные вещи, а они верили... он программировал их и они чётко выполняли инструкции. Это его забавляло.... Были и те, кто, действительно, нуждался в помощи, ведь, не смотря на количество денег в кошельке и банковском счёте, всем нам свойственно страдать. Таких людей он видел по глазам и, в таких случаях, помощь профессора была не нужна. Он искренне говорил им о том, что всё будет хорошо и, как не странно, только хорошее с ними и происходило в дальнейшем.
"Дай людям то, чего они хотят и ты победишь".
Иногда он полностью полагался на голос, теперь постоянно, живущий в его голове, лишь произнося вслух то, что говорил он. Анжелика вдохновляла его на работу, только одним своим присутствием, заряжая его энтузиазмом и энергией для новых открытий. В таком темпе, Пе'трович и не замечал, как один год сменялся другим, как лето сменялось осенью, а осень зимой. Но всё это время, внутри него, росло одно неприятное чувство, чувство мести к тем, кто так жестоко посмеялся над ним тогда, в девяносто первом.
Не смотря на то, что уже с той поры минуло пять лет и сумма на его банковском счёте была ни чуть не меньше, чем у любого из его клиентов, желание отомстить было велико и он не собирался вот так просто взять и забыть об этом. Антон Дмитриевич вот уже как два года не появлялся перед ним, по крайней мере, для визуального восприятия. Он всегда был в его голове и этого было вполне достаточно, но сейчас он был нужен Владиславу для серьёзного разговора.
Анжелики не было той ночью рядом, когда профессор, наконец, появился.
- Я знаю, чего ты хочешь? - без прелюдий начал он.
- Но ты не знаешь, каким образом я хочу это сделать, - ответил Пе'трович, сидя за столом над диссертацией.
- У тебя есть план?
- Да! Но мне нужно знать, кто был заказчиком выступления Маканского?
- Влади'слав, как ты не понимаешь, это было нужно всем, без исключения и тебе самому, кстати тоже.
- Мне всё равно... согласился ведь на это один человек, а, значит, он продался.
- Странно, что об этом говоришь именно ты.
Профессор лукаво улыбнулся.
- Так ты поможешь мне или нет? - воскликнул Пе'трович, теряя терпение.
- Конечно Влади'слав, ну, куда же мы друг без друга?
- Вот и отлично.... Тогда слушай... я не хочу жестокости и крови. Мне не нужны их страдания и их боль. Мне, вполне, достаточно того, чтобы они все признали, что я прав, публично признали, выступив по телевидению, радио и в других средствах массовой информации. Они опозорили меня и моё имя, и поместили в психушку. Теперь я хочу, чтобы они выпустили меня оттуда, официально подтвердив, что я здоров.
- И как ты себе это представляешь?
- Надо сделать так, чтобы Маканский стал одним из моих клиентов. Он уверен в том, что я до сих пор нахожусь в больнице и поэтому ничего не заподозрит. Лишь, оказавшись здесь, он увидит меня и поймёт, что был не прав. Я устрою ему небольшую прогулку по вашему миру, минут на десять. Посмотрим, как он заговорит после этого?
- Но даже, если он и признает свою ошибку, что это изменит?
- В принципе, ничего, но нас уже будет двое! - ответил Влади'слав.
- Ты потеряешь почти год, - напомнил ему Антон Дмитриевич.
- Я знаю! Но, в противном случае, я могу потерять всю жизнь, так и ничего в ней не достигнув.
- Ну, что ж, я давал тебе слово, что ты станешь обладателем Нобелевской премии и не собираюсь брать свои слова обратно. Очень скоро он будет у тебя, - проговорил профессор, перед тем, как исчезнуть...
- Я должен буду знать заранее, мне ведь надо будет подготовиться, - крикнул Пе'трович, но слова уже не нашли своего адресата, прокатившись слабым эхом по пустому дому.
"В принципе, что я переживаю? Я готов!".
Наступило утро следующего дня. Пе'трович хорошенько выспался, поднявшись из постели только в десять часов, что было довольно странным обстоятельством. Обычный его подъём происходил в семь, ну, максимум в восемь утра. Едва закипел чайник, как с улицы послышались звуки автомобильного двигателя...
"Неужели, Анжелика кого-то привезла?".
Что было не по расписанию, Влади'слав ждал её только завтра. Он быстро подошёл к окну, которое было настежь открыто и высунул в него голову. У ворот припарковался чёрный БМВ, но из машины ещё никто не появился. Как Пе'трович не всматривался в тонированные окна автомобиля, ничего разглядеть так и не удалось. Тогда, не смотря на то, что на улице было тепло, он накинул на плечи халат и вышел на крыльцо. Дверца машины хлопнула и он ждал, когда же закроется вторая, но этого так и не произошло.
