"Кто-то приехал ко мне один, может, какой-нибудь постоянный клиент? Ну, если они и приезжают повторно, то я всегда знаю об этом заранее".
Влади'слав с нетерпением ждал, кто же появится перед ним, но никто так и не показывался в открытых воротах его лесного владения.
"Если гора не идёт к Магомеду, значит, Магомед идёт к горе", - улыбнулся он и спустился со ступенек, как вдруг неожиданно остановился, прислушиваясь к своему внутреннему голосу, который говорил ему: "Это он... это Маканский!". Влади'слав растерялся от такой неожиданной новости, простояв несколько секунд в полном замешательстве. Наконец, придя в себя, он увидел человека, который направлялся в его сторону. Это был солидный мужчина лет шестидесяти, но с достаточно уверенной и твёрдой походкой. Он был низкого роста и, не смотря на то, что и Пе'трович не выделялся из толпы своими габаритами, доставал ему, ну, разве что, до подбородка. Прямая осанка, походка, чемодан в руке - всё говорило о том, что человек, в меру самодостаточный и уверенный в себе, но даже на таких людей порой обрушиваются несчастья, связанные, либо с личной жизнью, либо со здоровьем.
- Здравствуйте, - проговорил незнакомец, подойдя поближе, - ну и глубоко же вы забрались... с трудом вас отыскал.
У мужчины были глубокие синие глаза и маленький ровный нос, который слегка задирался кверху, морщинистое лицо и крохотные, едва заметные уши. Белые, как первый снег, короткие волосы, слегка прикрывали большой лоб, придавая, нежданному гостю Влади'слава, солидности и уверенности в себе.
Пе'трович стоял посреди двора, не зная, как повести себя дальше? То ли спокойно начать диалог, не показывая своей неприязни к этому человеку или же, напротив, сразу всё своё недовольство выплеснуть ему в лицо.
- Здравствуйте, - после недолгого молчания, проговорил он, - пожалуйста, пройдёмте в дом.
"Почему он приехал без Анжелики? Как он вообще нашёл сюда дорогу?".
- Хорошо тут у вас: сосны, чистый воздух, тишина, - как ни в чём, ни бывало, продолжил гость, - я вот всегда мечтал поселиться в деревне, но сами понимаете, работа, карьера, семья, которая не одобряла моей тяги к спокойствию и сейчас снова работа.
- В вашем возрасте уже пора бы дома сидеть и получать удовольствие от безделья, да, внуков нянчить.
- Нет, Влади'слав, такой образ жизни не по мне...
"Он знает, кто я такой! И он, вот так запросто, приехал сюда один? А откуда мне знать, один ли он? Может, в машине ещё кто-то есть?".
- Вы не волнуйтесь, я приехал к вам совершенно один, - спокойно проговорил Леонид Андреевич, словно прочитав мысли Пе'тровича и, отвечая на его вопрос. - Мне сказали, что вы хотите меня видеть и желаете мне что-то показать... я не буду вас расспрашивать, каким образом вы сбежали из больницы несколько лет назад и кто вам в этом помог? Я знаю, наверняка, что, если бы вы желали мне зла, то уже давно сделали бы это, не так ли?
Их взгляды на мгновение встретились и Пе'трович тут же понял: Маканского попросту заставили тогда выступить с таким заявлением. Может быть, они ему что-то и пообещали, может быть угрожали - не важно! Важно то, что он сделал это не по своей воле и не в своих интересах.
- А кто вам сказал о том, что я хочу вас видеть?
- Понимаете, это довольно странно, но мне сегодня приснился сон... прямо скажем, странный сон. В нём явилась ко мне молодая, очень красивая девушка и сказала, что вы очень переживаете из-за того, что тогда своим выступлением, я разрушил вашу карьеру, вашу цель, вашу жизнь. Она чётко объяснила мне, где я смогу вас найти и вот, собственно, я здесь.
"Ну, Анжелика...".
- Ну, что же, если вы намеренно сюда приехали, значит, вас, на самом деле, беспокоит моё будущее и, кстати, не только моё...
- Безусловно, Влади'слав, просто у меня тогда не было другого выбора.
- Выбор есть всегда, - грубо бросил Пе'трович.
- Вы не понимаете...
- Я не хочу ничего слышать об этом, - перебил Маканского, молодой человек, - будете кофе?
- Надеюсь с мышьяком? - улыбнулся Леонид Андреевич.
- Сегодня в моде цианистый калий, - с усмешкой ответил Пе'трович, заново разогревая чайник.
Они просидели два часа, рассказывая друг другу, каждый о своей жизни. Им было просто общаться, они оба были докторами наук, каждый в своей области. Маканский оказался человеком с очень тонким видением мира, впрочем, наверное, это свойственно всем психиатрам. Он с лёгкостью отвечал на вопросы Влади'слава, словно заранее предвидя все возможные варианты. Он вырастил двух сыновей, один из которых пошёл по его стопам, а второй, получив высшее экономическое образование, уехал в Москву, где и работал по специальности вот уже пять лет. Влади'слав чувствовал к этому человеку расположение, не смотря на свои первичные желания, отомстить. Наконец, Пе'трович сказал:
- Леонид Андреевич, я хочу, чтобы вы побывали вместе со мной в другой реальности и увидели всё своими глазами.
