Рука болела, рана на ней начала кровоточить, поэтому девушка, как могла осторожно, вытащила паспорт из маленькой сумочки и отдала дежурному. Следователь молча повел ее по коридорам ведомства.
В кабинете было светлее, но все также безлико. Три стола едва умещались на скромном пространстве. Два из них были завалены папками, бумагами, заставлены кружками и какими-то мелочами. Лейла удивилась, как туда вообще поместились допотопные мониторы и клавиатура. Третий стол, видимо, принадлежал самому Юрию Олеговичу. В отличие от остальных он выглядел так, будто за ним вообще не работали. Идеально чистая поверхность стола, аккуратно расставлены несколько стопок документов. Никаких посторонних предметов, вроде фотографии девушки или любимой кружки не наблюдалось.
Пока Лейла пыталась чуть удобнее устроиться на твердом стуле с прямой спинкой, полицейский все также молча достал откуда-то из шкафа перекись, ловко обработал рану и заклеил пластырем.
– Главное, чтобы начальник не зашел, – хохотнул он. – А то решит, что я выбиваю из вас признание силовыми методами.
Кажется, это была шутка, но Лейла так переживала, что лишь криво улыбнулась. В кабинете было нестерпимо душно. Окно было открыто настежь, но это не спасало. Лейла почувствовала, как противный липкий пот стекает по задней стороне шеи. Она встряхнула распущенными волосами и подумала, что оставлять их так было большой ошибкой.
– Вы что-то побледнели. Будете чаю? Кофе не предлагаю, – также весело продолжил полицейский. Его жара будто обходила стороной. По крайней мере он выглядел так, словно не страдал от этой удушающей духоты.
– Да, я помню, что у вас тут только растворимый. Но кофе мне точно не помешал бы. А пойдемте в кафе? – заговорила Лейла.
– Что? – смутился лейтенант.
– Нет, я не о том! – Лейла внезапно поняла, как двусмысленно звучит ее предложение. – Просто с утра я проснулась, меня в семь утра разбудил начальник, представляете? А потом я сказала ему, что не выйду на работу, беру отпуск. Просто вчера была у родителей, там мама нашла нашу соседку. Она с ней знакома тридцать лет, она у меня химию преподавала. Соседка, не мама, – неожиданно затараторила девушка. – Потом я стала убираться, а кофе так и не выпила, – грустно закончила Лейла и взглянула на мужчину.
Все это время молодой полицейский внимательно смотрел на нее зелеными глазами. Сегодня он был без формы: простые синие джинсы и черная футболка. Она так подчеркивала его рельефные мышцы, что Лейла невольно опустила взгляд на его бицепс. Мужчина снова улыбнулся:
– Давайте так. Признаюсь, я с утра уже выпил две жуткие пародии на кофе, но в десяти минутах отсюда есть неплохое место, где варят достойную Кению. Мы прогуляемся с вами, потом вернемся сюда, заполним протокол, и я отпущу вас.
– Протокол? Я не хочу протокол, я ничего не сделала, – снова заволновалась Лейла.
– Мне нужно задать вам еще вопросы. В деле о краже из музея появились дополнительные сведения. Но вы пока не волнуйтесь об этом. Сначала – кофе.
Девушка послушно кивнула и торопливо пошла вслед за Юрием Олеговичем. Тем более, что открывающийся вид приятно успокаивал и радовал глаз.
– Паш, мы сейчас вернемся. Паспорт пусть у тебя побудет, – сказал он дежурному, и они вышли на улицу.
Здесь было также жарко, как и внутри, но был шанс поймать хотя бы легкий ветерок. Лейла с облегчением выдохнула: в коридорах участка ей было некомфортно. Зато теперь легкая юбка приятно разлеталась от каждого шага и создавала иллюзию прохлады. Вот бы еще сменить футболку, которая мерзко приставала к лопаткам. Но и это лучше, чем ничего.
– Расскажите что-нибудь о себе, Лейла Романовна, – посмотрела на нее полицейский.
– Я? Что? Я не знаю, что рассказывать, – смутилась девушка.
Она и так давно не общалась с симпатичными мужчинами, а этот Филько был еще лет на 5 ее младше, что уверенности не добавляло.
– Ну не будем же мы молча идти всю дорогу. Давайте поболтаем. Как обычные знакомые.
– Как знакомые, – эхом повторила за ним Лейла и снова замолкла.
Юрий Олегович улыбнулся своей открытой улыбкой:
– Ладно, тогда я начну. Помимо работы я люблю ходить в спортзал. А вы чем занимаетесь?
Лейла подумала, что про спортзал можно было и не говорить, результат работы – на лицо. Удивительно, как с графиком работы в органах ему удавалось поддерживать такую форму. Возможно, он и правда все свободное время проводил в спортзале.
– Я, да ничем, на самом деле и не занимаюсь. Работа занимает почти все мое время.
– Понимаю. Но все же?
Девушка на секунду задумалась, улыбнулась и сказала:
– Чаще всего я составляю компанию моей подруге, Кире. Вот она любит находить приключения. Однажды мы поехали с ней на недельный ретрит. Сначала мы занимались йогой и молчали. Но потом оказалось, что его организатор мечтает создать собственную секту, он, конечно, называл это «большой семьей»! Сбегали мы оттуда ночью, кто его знает, что на уме у этих «просветителей», – засмеялась своим воспоминаниям Лейла.
– У вас красивый смех.
Девушка снова смутилась и решила перевести тему:
– Нравится работа?
