Жрица. Шаман. Колдунья. Воин. Та, что слышит волю богов. Потерянный мальчик, с улыбкой лиса. Озёрная ведьма, контролирующая нежить. Наследник великого рода, что носит знамя смерти. Старый Круг готов отойти от дел, он нашел себе приемников — детей, наделенных даром. Они должны взять на себя бремя поддерживать равновесие на своей земле и запускать Колесо Года. Осталось совсем немного до посвящения. Но по четырехземелью расползаются слухи о грядущей войне. Трехсотлетний мирный договор может разрушиться под натиском неизвестного врага. Древние тайны грозятся выйти на свет, а тот, кто прячется в тени, готовит новый удар. Их всего четверо, они еще незнакомы друг с другом; не знают, какая судьба им уготовлена. Но, когда смертельная опасность нависла над четырехземельем, им придется забыть о вражде между их народами и научиться работать вместе. Только четверо встанут в великий Круг и только четверо смогут запустить Колесо Года.»
Сок южных фруктов пачкал пальцы рук. Сладкая смесь нектара и меда была непривычна и даже чужда женщине, но все же она не смогла сдержать внезапный порыв за многие десятилетия. Не было ничего такого в том, что несколько персиков очутилось в глубоких карманах плаща, а гроздь спелого винограда в руках. Он поможет скрасить дорогу.
Они не виделись всего несколько месяцев, но по ощущениям прошло не больше часа. Эта компания продолжала преследовать Вельгу вот уже третье столетие, а начала надоедать еще на первом. Наверное, она будет рада, если их встречи сократятся до двух раз в год — самые важные даты. Но она никогда не предложит это и даже не признается никому в таких мыслях. Её избрали для этого, она жила этой работой. Правда, за последние пятьдесят лет что-то начало меняться. Например, первая сеть морщин вокруг глаз, дрожь в пальцах, кожа, теряющая упругость. Вельга по-прежнему была достаточно молода и красива, её сила ни на каплю не уменьшилась, но ощущаться стал мир по-иному.
Она начала стареть. Впервые за двести пятьдесят лет.
Сейчас, ко всему прочему, добавились первые седые волосинки. Ей потребовалось всё мастерство, чтобы скрыть их замысловатой прической. Стесняться этого было глупо, но видеть насмехающиеся взгляды Святогора куда хуже. Пусть думает, что у неё все под контролем. Даже старость.
Её уже ждали у берега моря. Играла тихая музыка вперемешку с треском костра. Это могло вызвать улыбку, не наблюдай она это триста лет подряд.
— Колдунья, — вместо приветствия сказал мужчина в доспехах. Он сразил прибывшую холодным взглядом, первым обратив внимание на её появление. Уголки его губ потянулись вниз.
— Здравствуй, Святогор. Мы не на официальной встрече, можно без титулов.
И все же, он был красив. Обезоруживающе красив и холоден, но с этим она тоже успела свыкнуться и даже почти привыкнуть. Её сердце, скованное колдовством, не забилось чаще. Однако, прибавившийся возраст, казалось, был ему только к лицу, как и легкая щетина.
Сильные руки мужчины сжались в кулаки, Вельга мягко улыбнулась, слыша знакомый голос.
— Большое счастье, что ты пришла так скоро! — обняла женщину подруга. Её круглое румяное лицо светилось от счастья. — Я ждала вас еще вчера. Пришлось развлекать короля Севера разговорами. Но, кто ж виноват, что он может поддержать только болтовню о сражениях и своих учениках.
Святогор цокнул, глядя на то, как рыжеволосая бросила на него обидчивый взгляд. Она все еще обнимала Вельгу так крепко, будто бы не видела вечность. Рука мужчины сама потянулась к медовухе.
— Мы, кажется, сегодня без титулов.
— Точно-точно. Это я глупая, забылась. Непривычно видеть старых знакомых в «нерабочее» время. Но я рада, что все мы нашли время встретиться на моей земле. Кам тоже здесь, кажется, разговаривает с камнями…
Сердце разлилось теплотой к дорогому другу. Вельга кивнула девушке и постаралась найти силуэт мужчины вдали. Если Кам хотел затеряться, он сделает это даже среди пустыни. Таков он был — немногословный, нелюдимый, сам себе на уме. Но Вельга знала его как хранителя огня, сильного ведуна, способного видеть духов и заговаривать чувства. Когда-то именно он потратил месяца, чтобы обучить её вливаться в сознание сокола, а до этого выкорчил сосновой щепкой и костями волка любовь из её сердца.
Это были прекрасные месяца.
— Раз уж мы собрались все вместе, я хотела бы услышать последние новости, — мягко начала Колдунья, смерив взглядом каждого.
— Незачем говорить о пустом. Скажи лучше, Вельга, нашла ли ты себе замену гонять чертей в болоте? — сплюнул на землю Святогор. Злость разошлась по венам жаром. Инга недовольно на него посмотрела:
— Не каждому из нас повезло находить приемника в своем роду. Моя Айсулу благословение богов. Иначе никак не могу объяснить, что её мать оказалась именно в моем храме. Я сама приняла малышку на свет и перерезала пуповину крохе. Настоящая удача, что мне не пришлось искать будущую Жрицу южных земель по всему краю!
— Остынь, Инга. К моему роду благосклонны Боги. И именно кровь моей крови станет следующим Воином Круга.
Почти пощечина каждой из них. Святогор был единственным в Великом Кругу, кто имел семью, более того происходил из могучего рода Морозовых, первый из них основал Круг и объединил Север.
Вельга ответила ему тонкой копией снисходительной улыбки.
— Кровь от крови… может стать настоящим проклятием рода, не забывай об этом, дорогой друг, как забыли на твоей земле. Мы-то помним кошмар былых лет.
Владыка Севера почувствовал, как в груди начинает подниматься возмущение и гнев. Такой знакомый и приятный, воспетый в душе от ненависти к этой женщине. Она оставила на нем эти отметины на сердце, её предки пустили черные корни в самую суть его народа, отравив кровь.
Сжимая в ладонях кружку с медовухой, Святогор хмурит темные брови. Вихрь мыслей не может утихнуть, гонимый хмелем. Думает он об его наставнике — Алексее, вспоминает вкус побед и запах дыма, гари, а еще теплой крови… и замирает. И никому не признается воин севера, что замер он от страха.
