Но повод был. Им всем светило очень крупно подзаработать. Причем так крупно, как Ротшильдам не удавалось еще никогда. Даже знаменитая биржевая афера умницы Натана после битвы при Ватерлоо, принесшая Семье аж 40 миллионов фунтов за неполных 6 часов, должна была померкнуть перед замаячившем на горизонте исполинским кушем! В воздухе потянуло пороховым дымом всерьез. Запахло еще одной Великой войной…
После целого столетия упорного, кропотливого труда по конструированию своей незаменимости для тех, кто, кто в отличие от них, получал власть и богатство по одному праву своего августейшего рождения, наконец-то и для их непритязательной и скромной Семьи звезды встали, или карты легли, к НАСТОЯЩЕЙ удаче!
После нескольких мелких утешительных призов, вроде прибылей с Франко-прусской драчки, Восточной войны за уничтожение русского флота на Черном море и гражданской свары в Америке, на горизонте замаячило РЕАЛЬНО стоящее дельце! Это вам не Родезия с камушками и не Суэц. Не Конго с каучуком, не Виккерс с Армстронгом, не Бакинские нефтепромыслы какие-то. Не индийская опиумная притрава для китайских аборигенов, не царский «золотой стандарт» или тому подобная мелочевка…
Теперь — только не спугнуть!.. Но, чтобы оно успешно, а главное — скоро, выгорело, желательно было организовать один маленький пустячок. Так, сущую безделицу…
Никому не позволительно, сознательно или по недомыслию, вставать на пути планов Семьи. И тот, кто посмел укусить дающую руку и яростно пытается порвать накинутую на него и его дремучую азиатчину узду, должен быть наказан…
Да, Вильгельм Гогенцоллерн воспользовался моментом и сыграл нестандартно. Возможно, кто-то отнесет это на счет его политического авантюризма, или ловкости и прозорливости канцлера Бюлова. Но неужели не очевидно, что лишь роковое, несчастное стечение обстоятельств, когда три года назад, со смертью Вильгельма Карла, прервалась германская ветвь Ротшильдов, а болезнь ослабила деловую хватку его кузена Альфонса во Франции, Семья утратила решительное влияние на политику Рейха? Ведь даже, казалось бы, давно прирученный Фриц Гольштейн, и тот попытался вновь плести какие-то свои интрижки! Одна из пяти стрел Ротшильдов оказалась сломанной, а вторая, парижская, слегка подзатупилась.
Конечно, затупилась временно, и Эдуард еще покажет себя в деле…
Ну, так и что же? А чем, собственно, плоха эта возникающая новая политическая комбинация? Если американцы, а вернее, мистеры Рокфеллер и Морган отныне в деле, значит, — особое внимание «Лебу и Куну»: за янки — глаз да глаз. А для того, чтобы все закрутилось, нужно лишь, чтобы нервные парижане и скептические лондонские денди перестали трусить.
По ходу пьесы частью барыша с заокеанскими выскочками придется поделиться, но ТАКАЯ игра в любом случае стоит свеч! А переговоры в Во показали, что для ее начала достаточно продумать и раскрутить такое развитие событий, при котором в случае общеевропейской, а вернее — мировой войны, Австро-Венгрия, еще Бисмарком связанная с Германией договором Тройственного союза, не выступила бы против Франции и Англии, даже в случае их агрессии против Берлина. Как и Италия. И всего-то!
Кто-то скажет: «Абсурд. С макаронниками — куда ни шло. Но Габсбурги? Этого не может быть, потому, что не может быть никогда!» Но стоит ли зарекаться, если за дело берутся такие игроки? И не просто игроки — гроссмейстеры…
Выезду лорда Натаниеля Ротшильда в столицу Двуединой монархии предшествовал один весьма любопытный разговор, состоявшийся в его букенгимширском особняке Уодиссон Манор спустя четыре дня после прибытия в Лондон виконта Эшера и графа Бальфура, вернувшихся с тайных переговоров с галлами и янки во дворце под Парижем.
Устроившаяся в этот вечер за покерным столом компания была довольно занятной с точки зрения человека, не посвященного в «тайную кухню» Букингемского дворца. Ведь за игрой собрались и мило беседовали друг с другом два еврея-банкира, чайный магнат — шотландец, англо-ланкийский полукровка — Первый лорд Адмиралтейства, единственный англичанин по крови — констебль Виндзора и, собственно, Его величество Эдуард VII. Король Англии, Шотландии, Ирландии и прочих разных Канад-Австралий, а также Император Индии. Чистокровный немец. Для друзей — по-простому: Берти.
По желанию Эдуарда, электричество в игровой гостиной не включали. Ему, еще со времен беспечной юности принца в Тринити-колледже, доставлял особое удовольствие таинственный полумрак большого помещения, где лишь теплый, желтоватый свет от пары канделябров высвечивал подробности яростной битвы человеческих интеллектов друг с другом и с госпожой Удачей, разворачивающейся на зеленом сукне.
