Гестия Джонс наклонилась над столом и схватила Теодора за подбородок, глядя глаза-в-глаза. Вдруг эта суровая женщина с мужским голосом улыбнулась и, отпустив его, смахнула слезу.
— Ты так похож на неё. Александра бы, конечно, не согласилась со мной, но… я вижу в твоих глазах её.
Теодор смутился.
— Ты молодец, мальчик. В отличие от твоего отца. Вызвать авроров было правильным решением! — она просмотрела записи аврора Уорк. — Боже правый! — воскликнула она. Теодор подумал, что это звучит неправильно. — Вампиры! Снова в центре Лондона! В Азкабане не хватит места для стольких дементоров, если Отдел Тайн доведёт и их обращение до конца.
Теодор изумился. Нигде в книгах, что он читал, не было написано, что именно так появляются дементоры, тот самый страх, что пугал большинство британских магов.
— А как зовут твоего друга?
Мальчик, казалось, ушёл в глубокий транс. Теодор легонько толкнул его локтём, и тот, действительно, будто бы удивлённо заозирался.
— Как тебя зовут? — повторила вопрос тётушка Гестия.
— М-меня зовут Артур. Артур Гэмп, — пояснил мальчик.
— Гэмп?! — воскликнула изумленно Гестия. — Я думала, что последние Гэмпы погибли во время войны… а, их старший сын с женой сгинул где-то в лесах… не может быть!
— Мои родители умерли два г-года назад, — всхлипнул Артур. Теодор почувствовал, что товарища по несчастью надо поддержать, и сжал его ладонь. — И я с тех п-пор был вынужден прибиться к б-банде беспризорников, пока не встретил его.
«Мастерская ложь», — подумал Теодор критически. Он и сам врал. Волей-неволей пришлось научиться. Отец думал, что он подрабатывает где-то в Косом помощником в лавке: Теодор очень убедительно рассказал ему, как именно полируют древко метлы. До того он подслушал, как это делается, по пути за пьяным лавочником в Лютном.
Гестия прошлась по кабинету. Красная мантия сверкала, как рождественская ёлка у магглов.
— Претензий к вам, в принципе, нет, — скептически произнесла она, наконец, останавливаясь. — Я думаю, что вам, мистер Гэмп, решительно необходимо вступить в права наследства в банке, хотя недвижимости у вас точно нет… помню, как своими глазами… — она задумалась и встрепенулась. — Теодор, а где твой отец?
— Он… работает сейчас.
— Работает? У него метка на руке, и он внесён в списки проскрипций Министерства, я-то знаю, — мрачно усмехнулась аврор. — Сдаётся мне, что он пьянствует, и совершенно не помнит о твоём существовании, племянник.
Тео отвернулся, не желая комментировать слова тётки. Нотту-старшему от мази действительно стало легче, рана затянулась, но он вовсе не спешил прекратить возлияния, ставшие для него обыденностью бытия. Он вдруг вспомнил про восемь галеонов в кармане.
— Если можешь, тётушка… перенеси нас к банку, пожалуйста.
Гестия, явно не зная, что ещё она может сделать для племянника, кивнула и села заполнять бумаги, надиктовывая что-то артефактному перу.
Тео с сожалением вздохнул. Уже год он писал насквозь маггловской шариковой ручкой, стократ более удобной, чем перья — и совершенно неволшебной.
— Хоть в этом году поздравь меня с Рождеством, племянник, — мрачно усмехнулась тётка, прощаясь с Тео. Она порывисто обняла его — а он, неожиданно для себя самого, обнял её в ответ — и исчезла с тихим хлопком аппарации. Артур, стойко державшийся эту минуту после перемещения, навалился на Теодора и согнулся, изрыгая из себя желчь. Вспомнив о простейших чарах, Тео достал из кармана шорт волшебную палочку.
— Агуаменти! — лёгкий поток воды из палочки окатил Артура, которому явно стало лучше. Сев на землю, он пару мгновений наслаждался струйкой, бившей в лицо, после чего, прополоскав горло, поднялся.
— Лучше?
— Гораздо. Спасибо, Тео… я же могу тебя так называть?
Теодор вдруг понял, что считанные часы назад Артур и верзилы пытались ограбить его.
— Ты ведь пытался обокрасть меня, — разочарованно сказал вдруг он.
— Я… мне очень стыдно, это не моя задумка, — всхлипнул Гэмп. — Я не хотел, мне было страшно… Знаешь, — он вдруг очень серьёзно, сквозь слёзы, посмотрел на Теодора. — На самом деле, я даже рад, что они умерли. Они были плохими людьми.
Теодор, не до конца понимая, что делает, переложил палочку в другую руку, чтобы поправить свою чёлку — а Артур вдруг сжал протянутую, как он подумал, ему руку.
— Я клянусь, что буду верным другом, Теодор Нотт! — прошептал замызганный мальчишка в темноте проулка рядом с банковской площадью Косого переулка в Лондоне.
Волна магии прошла сквозь их рукопожатие, тёплой волной приливного моря окутывая каждого из них. Теодор улыбнулся, и по-дружески обнял его, а Артур обнял своего нового друга в ответ.
— И я.
«Друг…»
